– Чего ты такой гордый собой сидишь? Тебе же поручили следующий сюжет о тех цыганах писать, верно? Они с тебя корону быстро снимут.
– Слушай, Сол, соответствуй твой заголовок содержанию, я б и слова не сказал, но дело Майкла Стибера – кому это нужно, кто вообще станет это читать? Его мама разве что, будет соседям показывать, что её сынок в светскую хронику попал. Каждый день увольняют десятки тысяч людей с работы. Ну уволили его с Justice-Tech, так что, теперь каждое увольнение будем размусоливать? Ты ему посочувствовать хочешь?
– Господи, да у тебя мозгов как у ракушки, как ты вообще умудряешься слова в предложения складывать в своих материалах? Включи хоть ненамного свои мыслительные процессы. Дело не в увольнении, Уайс, а в том, что следует после него, – ответил Сол, разворачивая пакетик с жевательными резинками и отправляя парочку себе за щеку.
– Одним безработным больше стало, вот что следует. Но мне его не жалко. Этот Стибер должно быть не промах, раз дослужился в Корпорации до того, что имел. Значит, найдёт себе новую работу, – ухмыльнулся Уайс.
– Да что ты заладил об одном и том же. Ты не видишь конфликта? Человека уволила Корпорация, производящая роботов. Теперь он подал иск на корпорацию, и суд будут вести эти же роботы, производимые ею.
– Круто. Для пущего драматизма не хватает, чтобы и защищал его робот-адвокат, тогда бы вообще этому парню ничего не светило. Кроме лампы в дневное время в одиночной камере.
– Его адвокат – Лэндон Донован.
– Донован… Донован… А! Это не тот часом, против которого бывшая помощница подала иск за домогательства?
– Да, он. Судя по её иску он знатно её потрепал пока она у него работала.
– Точно! Я всё это помню. Это же тот наглец, он ещё на суде заявил, что с тем, как он её трахал ей вообще грех жаловаться на что-то, что любая бы женщина на её месте была бы преисполнена благодарности.
– Да. И всё равно дело быстро замяли.
– Ещё бы, говорят у этого Донована неплохие связи, – уважительно покачал головой Уайс, – но вряд ли они помогут ему в деле против Justice-Tech. Там скорее они его трахнут так, что у парня дым с ушей пойдёт, и на заднице ещё долго сидеть не сможет. Будет на заседаниях судебных потом говорить: «Ваша честь, извините, но меня крепко отымели, можно я не буду присаживаться, а постою?».
– У всех отличных в прошлом юристов неплохие связи. Но это не имеет отношения к новости. Брось, у Донована сейчас мощная аргументация, он должен смять в лепёшку и Корпорацию и их незаконное увольнение.
– Посмотрим, – Уайс закинул в рот мятную конфету.
– Если же робот-судья отклонит их иск, вот тут будет интересно, – задумчиво проговорил Сол.
– Интересно, когда вместо роботов были люди, этот Донован спал с женщинами-судьями?
– Уайс, а до того, как изобрели реалистичных резиновых кукол, ты спал с женщинами людьми?
– Ты просто мне завидуешь. Не надейся, что бы там ни произошло с Майклом Стибером и этим похотливым Донованом, твоя статья не перекроет мою прошлогоднюю о Лучано Дамброзио.
– И как это тебя ещё до сих пор мафия не пришлёпнула? – спросил Сол, хлопнув Уайса по плечу и вышел.
Улыбка исчезла с лица Уайса, он и сам в последнее время всё чаще задавался этим же вопросом. И что его дёрнуло написать тот скандальный материал об отце преступного мира?
