Зайдя в квартиру и закрыв дверь, он накинулся на Еву, как оголодавший бык – осеменитель.
– Ник, так нельзя, подожди, – Ева не могла дышать, страсть забила все выходы и входы для воздуха.
– Раздевайся! – скомандовал он. – Потом поговорим, я и так слишком долго ждал! – рявкнул Никита и схватил за подол платья, чтобы поднять его.
– Ник … – только и смогла простонать Ева и утонула в своих ощущениях.
Она так долго ждала этого, так долго хотела, зачем сопротивляться? Да и не может она сопротивляться ему. Она, как первый снег, всегда таяла при его появлении и не могла совладать с собой. Разве могла она знать, что этот день перевернёт её будущее, став роковым.
– А вот и пришло время для моего хода, – протянул лениво Люцифер.
Проснувшись однажды утром, Ева пошла в туалет и прихватила с собой баночку, чтобы сделать тест. Она уже давно намеревалась это сделать, но всё время откладывала, потому что боялась. Сначала она хотела разобраться, чего она на самом деле боится: что беременна или наоборот, что нет? Её съедали противоречивые чувства. С одной стороны, она очень давно хотела иметь ребёнка именно от Никиты, а с другой стороны, она очень боялась реакции окружающих. Реакции мамы, Никиты, его мамы, что она теперь будет делать со своим сбывшимся желанием? Так часто происходит: мечтаешь, мечтаешь, а когда мечта сбывается и сваливается тебе на голову, ты стоишь и думаешь: «И что мне делать со всем этим добром?»
Вот так и Ева, увидев на тесте две полоски, села на крышку унитаза, вытаращила глаза, как будто не знала, что от этого дети бывают и размышляла над тем, что дальше делать. Одно дело мечтать об этом, а другое, когда мечта становится явью. С этими противоречивыми чувствами она вышла из туалета и набрала Марту.
– Две полоски, – коротко сообщила она ей.
– Господи, Ева! И что ты теперь будешь делать?
– Жить! Как-то ведь люди с этим живут? – невозмутимо ответила Ева, а у самой уже начали трястись руки и наворачиваться слезы.
– Ева, приезжай ко мне, поговорим.
– Хорошо, – ответила она и повесила трубку, – поговорим … – было сказано уже в пустоту.
Девятнадцать лет, только закончила колледж, ещё не решила, что делать дальше… как решение пришло само – воспитывать ребёнка, даже если придётся это делать одной. А то, что она будет это делать одна, у Евы не было даже сомнения. Она не собиралась ничего рассказывать Никите. По большей части, она очень боялась его реакции на её решение, боялась, что он станет давить на неё, чтобы она сделала аборт. Да и гордость ей не позволяла валяться в ногах, ещё подумают, что она хотела привязать его ребёнком. Пусть лучше она будет одна.
Приехав к Марте, она сообщила о своём решении. Матери она решила пока не говорить.
«Вдруг рассосётся», – мысленно пошутила Ева.
– Так нельзя! – протестовала Марта.
– А как можно? Пойми, я не хочу, чтобы он потом обвинял меня всю жизнь, что я его заставила.
– Ева, это ведь и его ребёнок, он отец, он должен помогать и заботиться.
– Да ничего он не должен! Что это вообще за понятие «Должен»? Должен – это когда семья, когда вместе решили и завели. А у нас всё по-другому! Переспали, получилось, и я решила! Сама! Сама решила, сама и разберусь. Не имею я права обязывать его, не честно это, по отношению к нему!
– А по отношению к тебе!? А к ребёнку, в конце концов!? Гордая, да!? Ты подумала, что ты скажешь ему, когда он спросит, где его папа? Что, на войну скажешь ушёл?
– Марта, это решёный вопрос!
– Дело твоё, я тебе всегда помогу, только скажи, – сдалась она.
– Спасибо.
Осталось самое тяжёлое, выдержать натиск мамы. Когда Ева рассказала ей, что она скоро будет бабушкой, то её это совсем не обрадовало. Странно, правда? Были использованы все способы уговоров и угроз для того, чтобы убедить Еву избавиться от ребёнка. От лишения всех карманных расходов, до выгона из дома. Наконец, Ева сдалась под давлением матери и согласилась на операцию. Вечером после разговора полностью выжатая и разбитая Ева отправилась в гости к приятельнице из колледжа. Приехав к ней, она ещё раз решила убедиться в том, что приняла правильно решение и рассказала всё ей.
– Ева, ты с ума сошла!? Это твоя первая беременность! Да самый первый ребёнок всегда считался самым сильным. Он собирает всё самое лучшее от родителей. Не смей! А то пожалеешь потом. Потом вообще детей может не быть.
– Вика, а как же мама? – спросила Ева со слезами на глазах.
Она приехала, чтобы убедиться в правильности решения, а в данную минуту запуталась ещё больше.
– Знаешь, что я тебе скажу. Мама покричит, покричит и успокоится. Куда она денется? Всё равно поможет. А когда на руки внука своего первого возьмёт, вообще забудет, что избавиться от него заставляла!
– Спасибо, Вика!
