На данном этапе Ева точно знала, чего она хочет, и позиции свои больше не сдаст под любым натиском. Приехав домой, она заявила, что не собирается избавляться от ребёнка, и если мама не желает её больше видеть, то она готова покинуть их дом. Естественно из дома её никто выгонять не собирался, но и одобрять её решения не стали.
На летний период Ева нашла себе подработку, чтобы скопить немного денег на первое время и закупить самое необходимое для ребёнка. Марта постоянно справлялась о её здоровье и переживала вместе с ней за будущее. Беременность протекала, как нельзя лучше, Еве не на что было жаловаться, потому что она даже не поняла, что такое токсикоз, отёк ног и другие примочки беременной женщины. Свои прихоти высказывать ей было некому, поэтому она старалась обходиться без них.
В один из совместных вечеров с Мартой, та призналась ей, что всё рассказала Никите и дала ему возможность самому решить, нужен ли ему этот ребёнок, и если уж он откажется, то это полностью будет лежать на его совести.
– И что он сказал? – ужаснулась Ева, но в тоже время ей стало любопытно, легко и ещё множество эмоций пробежало по её венам, в тот момент.
– Пока ничего…
– Ну, ты даёшь, Марта.
– Что сделано, то сделано… обратно уже не вернёшь. Кстати, его мама попросила зайти тебя к ней.
– Марта!
– Что? – вытаращила она на неё глаза.
– И, что я, по-твоему, должна ей сказать? – испугалась Ева.
– Здравствуйте, я ваша будущая сноха! – невозмутимо ответила Марта.
– Очень смешно, аж сил нет! Не описаться бы только, – надулась Ева, развернулась и пошла в туалет.
Время шло, и необходимо было принимать какое-то решение. В голове была полная каша и злость. Он видел её пару раз издалека, периодически справлялся о её здоровье у Марты, но строго настрого запретил ей говорить об этом.
– А если это не мой ребёнок, Марта, что мне прикажешь с этим делать? Ладно бы мы с ней встречались! Мы в это время один раз переспали, откуда мне знать, что отец я!?
– Ты что Ник, вообще обалдел! Я с ней практически не расставалась всё это время! У неё кроме тебя вообще никого не было, как ты можешь сомневаться!? Она мне все уши про тебя уже прожужжала. Я такой больной любви ещё ни разу не видела. А вот ты потом жалеть будешь, когда твоя маленькая копия рядом бегать начнёт, а папой не тебя называть! Ты же спал с ней! Неужели это совсем для тебя ничего не значит?
– Слушай! Я ещё совсем молодой, мне гулять и гулять, а мне на шею ребёнка вешают.
– Да никто тебе его не вешает! Не хочешь – не надо, никто не заставляет. Она вообще запретила мне рассказывать про ребёнка тебе. На свой страх и риск рассказала, а решать тебе уже, как с этим жить.
– Ой, спасибо, Марта, удружила.
– Всегда, пожалуйста, звони давай, а то у неё уже живот на лоб лезет, а ты никак решить не можешь. Так и проспишь все радости отцовства. Он там пинается у неё вовсю. Неужели у тебя желания нет, прикоснуться к её животу, чтобы твой сын запинал тебя непутёвого?
– Позвоню, – отмахнулся Никита.
От слов Марты совсем как-то противно на душе стало. Он представил, как держит своего сына на руках, а потом эта картинка повернулась другой стороной, и его сына на руках держал уже совсем другой. Разве позволит он этому случиться? Его сын… на душе стало так тепло от этого осознания. Продолжение его рода, его фамилии… маленькая ни в чем не повинная кроха, от которой он хотел отказаться и никогда не видеть. И разве потом он сможет достать до своих локтей, чтобы покусать их?
Вечером ничего не подозревавшая Ева готовилась ко сну, когда услышала телефонный звонок. К трубке подошла мама, через несколько секунд дверь открылась, и мама с большими глазами позвала Еву к телефону.
«Что её так удивило?»
– Алло.
– Привет.
Ева чуть не выронила трубку из рук, когда услышала его голос, сердце гулко застучало, а по телу побежала дрожь, только от чего? Страх? Предвкушение? Любимый голос? Всё смешалось.
– Ева? – растерялся Никита, когда она не ответила на его приветствие.
– Привет, Ник.
На протяжении всего разговора, её мама делала вид, что ей то срочно надо что-то взять, то положить именно здесь, именно сейчас и ни минутой позже. После неё этим стала заниматься её младшая сестрёнка.
– Как здоровье?
– Хорошо, – разговор явно не клеился. Односложные ответы вырубали Ника на корню. Да и Ева не знала, что говорить.
– Ева, я тут подумал… может нам все-таки попробовать построить нормальные отношения?
– И чего ты хочешь?
– Переезжай ко мне жить, посмотрим, что из этого выйдет.
– Хорошо, – без особых эмоций ответила Ева.
– Тогда до завтра?
– До завтра, Ник.
Положив трубку, она с отсутствующим взглядом пошла обратно в комнату, в которой её уже ждали мама с сестрой и кучей вопросов в глазах.
– Ну, что он сказал? – первой не выдержала Лера.
– Жить к себе позвал, – всё с тем же выражением лица ответила Ева.
