Чтобы Лемминги с Дегулы, одной из цивилизованнейших планет Вселенной, родины многих повстанцев, огни которой видны были даже с Карна, не засекли корабль, скат еще двадцать часов полулежал на планете. И только потом, когда Карн заслонил своим мощным скалистым телом Дегулу, свою младшую сестру, корабль приподнялся, резко сверкнул соплом и бесшумно стрелой умчался вдаль.
Еще один скат, так же черен и осторожен, но размером поменьше, юлил между давно покинутых построек Лимерийской Гати – планеты, ранее славившейся на всю Лимерийскую систему из 99 планет своим флотом и высшим пилотажем среди астероидных поясов.
Война не пощадила Гать – удары сил Скунсов опрокинули защиту цитадели, пробили экран, сбросили несколько сотен водородных бомб на ее поверхность. Жизнь тысяч ушла мгновенно – атмосферу сдуло, словно пламя свечи, и те, кто не погиб в урагане ударной волны, задохнулись в агонии от отсутствия воздуха и в леденящем холоде космоса.
Лимерийская Стига, соседка Гати, одна из главных баз Леммингов, бдящая теперь за двоих, спряталась за горизонтом. Скат остановился посреди выщербленных остатков фундаментов в метре над землей, там, где раньше была городская площадь, пробурил отверстие в космически-ледяном грунте, опустил туда металлическую капсулу. Сделав легчайший выстрел, запорошивший отверстие песком, скат встал на дыбы, его черная пятисотметровая туша подняла нос вверх, и корабль ушел свечой вверх – туда, где его уже никто не найдет.
А на Земле… на Земле, на высоте девяносто две тысячи километров, степенно двигаясь по эллипсоиду, продолжала свой путь крылатая бочка с чуткими, как у летучей мыши антеннами, и с не менее чуткими, любопытно распахнутыми крыльями солнечных батарей.
Внутри на благо синоптиков трудились микросхемы, рассчитывая движение воздушных потоков и циклонов. Многочисленные реле с отходящими от них кабелями, потикивая, задавали ход времени.
А рядом затаившейся гадюкой лежало устройство, металлический цилиндр безо всяких опознавательных знаков. Смертоносный, созданный по воле судьбы не легендарным инженером космических кораблей, летающих быстрее света, не первопроходцем межгалактических трасс, и не главным злодеем галактики, похожим на персонажа из голливудских фильмов своей злой ухмылкой и развевающимся черным плащом. Устройство было разработано простым гражданином Земли, Главным Конструктором СМЕРТИ.
ИСМЕРТ, Институт Социального Моделирования Естественных Ресурсов и Технологий, находился в городе Москва. Скунсы, шутя на свой манер, любили буквочку из начала аббревиатуры поставить в ее конец, что более точно отражало суть занятий института, сферу его деятельности и направление исследований.
Институт был детищем Иосифа Виссарионовича Сталина, милого усатого старикана, ушедшего на повышение в 53-м. Мудро и неторопливо покуривая свою трубку и дальновидно щуря глаза, Ося понял однажды, с высоты государственного положения, что на территории планеты Земля произошло за последние три-четыре века слишком много изменений не в ту сторону. Чего стоили только отмена крепостного права в России, Декларация Независимости в Америке… Инквизиция – и та исчезла странным образом. Непорядок, товарищи.
Вождь Народов взял трубку своего красного телефона, и Комиссия Магистрата не заставила себя ждать, появившись на Земле через четыре дня.
Оказалось, что опасения Иосифа Виссарионовича были не напрасны. Слои обработки электричеством вкупе с искаженной информацией, которым подвергалось существо при помещении на планету, оказались непрочны, и сходили со ссыльных Леммингов, как кожура с луковицы. Нескольких десятков лет и пары повторных рождений хватало, чтобы сонный, как медведь в берлоге, Лемминг вдруг начинал смотреть на мир свежими глазами и задаваться глупыми вопросами, что он здесь делает и как он здесь появился.
Комиссия приняла меры по срочнейшему улаживанию ситуации – была организована Вторая Мировая война, призванная переключить внимание человечества на банальное выживание и отвлечь от философских вопросов интеллигенции. Завезенный с Магеллановых Облаков ЛСД, продвижение идеи «жизнь всего одна, проживи ее для себя», холодная война и ряд других мероприятий продолжили дело. Опасность побега и бунтов была предотвращена.
Одной из мер было также создание СМЕРТИ, призванного найти более совершенные методы управления населением, создания технологий, позволяющих укреплять обработку сознания и разума, а также внедрение всего вышеупомянутого в бытовую и культурную жизнь простого хомо сапиенс.
Главкон, маленький пухлый человечек в вечно нескладно одетом костюме и спадающих с носа очках, работал над капсулой два десятилетия, тестируя ее терпеливо и усидчиво и не позволяя себе преждевременных восторгов.
Тесты, проведенные бессонными ночами со всей тщательностью сначала над некоторыми пациентами психлечебниц, затем над сонмом пожизненно заключенных, а в итоге и над хаотично выбранными за стенами Института гражданами, устойчиво говорили – один час облучения позволяет снизить ошибочную социальную направленность человека в среднем на 0.64 пункта.
