– Мистер Уолтриш, мы сами загоняем себя в ловушки. Успокойтесь, посмотрите по сторонам, где-то здесь есть дверь, чтобы покинуть клетку. Мир не населен одними лишь глупыми людьми с красивым лицом и уродливой душой. Пока есть такие люди, как вы, Джек, Эмбер, которая постоянно готовит для вас чудесный кофе, парень, который уступит место в автобусе или откроет дверь, пока такие люди есть, ваш труд стоит продолжать. Наша с вами задача – воспитать такое поколение, которое могло бы быть достойными и достойными жить, поколение без «омерзительных глупых рож». Вы же вместо этого оставили свою красавицу дочь одну, без плеча, на которое она может опереться. Вы исправно выполняете свой писательский долг, но родительский провалили. Вот что я думаю, Скотт, собирайтесь и отправляйтесь к семье, сделайте все, чтобы она приняла вас обратно, и пишите, Скотт, пишите и верьте, благодаря вам люди станут мудрее.
Закончив свою проповедь-тираду, Ольга снова пристально посмотрела в глаза писателю. В его стеклянных и туманных глазах где-то в глубине шевелилась и жила душа, которую могло почувствовать только сердце опытного человека. Сердце Ольги было зрелым и чутким, но до звания опытного ему еще долго расти. Едва ли она осознала, что смогла помочь сидящему рядом с ней человеку в синем свитере, но точно на это надеялась.
Все это время Джек нервно крутил черный маркер в своих руках, как следствие, все пальцы и манжеты рубашки приобрели полосатый бессмысленный узор. Его взгляд пробегался по книжным шкафам, стоящим в его кабинете, письменному столу, за которым он сидел, статуэтке маленького арапчонка, забегал за стеклянную дверь, через которую было видно секретаря, всю заваленную бумагами, и диван, который расположил на себе сестру его невесты и лучшего автора, затем снова возвращался к книжным шкафам. Терпение – это черта, которой Джек не отличался, поэтому как только между разговором Ольги и мистера Уолтриша появилась пауза (а понял он это по простому шевелению губ), Джек мгновенно возник в приемной и, словно первый раз за сегодня видел этих двух людей, учтиво и приветливо улыбнулся и спросил:
– Вы уже познакомились?
– Джек, если ее сестра хоть немного на нее похожа, то я не понимаю, почему ты еще холост. Женись , – воскликнул мистер Уолтриш, а затем будто между прочим добавил,– и купи мне билет в Нью-Йорк! Я пришлю тебе черновик в конце месяца, – сказал он, ткнув своим костлявым пальцем в грудь Джека, и повернулся к Ольге,– До свидания, прекрасная малышка.
Ольга хихикнула и ответила, улыбнувшись:
– До свидания, писатель, который ненавидит имбирь.
Мистер Уолтриш развернулся и направился к выходу, насвистывая песню.
– И тебе пока, Скотт, – вдогонку крикнул Джек.
–Чао!
Скотт, пританцовывая, покинул молодых людей. Он, как и все люди творчества, быстро ловил порыв вдохновения, душевного подъема, от которого появлялось то самое ощущение крыльев за спиной. На этих самых крыльев он улетел, а о том, как скоро ветер переменится, история умалчивает.
Джек радостно проводил его взглядом и, как только писатель переступил порог издательства, кинулся с вопросами к новоиспеченному психологу без образования.
– Что ты ему сказала?
–Что он осёл, каких свет не видывал.
–Надо записать формулировку, использую на следующем совете директоров.
–Не стоит… – смутилась Ольга, – Искусству говорить эту фразу необходимо обучаться на протяжении многих лет.
– Ты дашь мне пару уроков. А теперь прошу в мой кабинет, мисс.
Несколько часов они провели, разглядывая новые обложки для журнала, оценивая молодых писателей, печатая рецензии на книги, в общем, испытывая все радости издательского дела. Время сдавать журнал на верстку пришло вместе с сообщением о том, что за молодыми людьми приехал Дэниэл и уже ожидал их у входа, чтобы отвезти трудяг домой. Как можно скорее Ольга отправила последние письма, что пришли на корпоративную почту, Джек отдал последние указания подчиненным, и, накинув свои пиджаки, они спустились к машине Дэна.
К своему удивлению они обнаружили, что ожидала их не только хонда, но и тойота, на крыле которой была надпись, гласившая, что ее взяли напрокат. Окно тойоты опустилось, и оттуда показалось мужское приятно улыбающееся лицо, принадлежащее недавнему гостю дома Трубецкой и Дейли. Артур поздоровался и вышел из машины, предложив Ольге поехать с ним. Ошарашенная еще одним внезапным и бестактным появлением Цхавребова, Ольга не нашла слов, а только фыркнула возмущенно, открывая дверь хонды. Оба Дейли не были рады видеть в эту минуту Артура. Конечно, Дэниэл не был раньше знаком с ним лично, но, как это всегда бывает, мнение, которым с нами делятся наши близкие, становится нашим собственным мнением.
– Зачем ты приехал? – хрипловатым голосом спросил Дэн, подходя ближе к Артуру.
– Я приехал отвезти ее домой, – указывая на Ольгу, отвечал он.
– Дэн, оставь его, – тихо проговорила Ольга, аккуратно взяв за руку Дейли, стараясь увеличить расстояние между мужчинами.
