Но несколько наших коллег из Шалинского РОШГБ были уволены по приказу Министерства. Это были лучшие сотрудники, опытные милиционеры со стажем, знающие, обстрелянные во всех передрягах. Да, они работали в РОВД и при русских. Они милиционеры, другой работы у них и не было, и быть не могло!
Люстрация обескровила и без того дырявый штат нашего ведомства.
Потом парламент заблокировал закон о люстрации, и дядя вернул большинство уволенных на свои места.
18 февраля был мой день рождения, который я никак не отмечал. 23 февраля был официальный праздник Ичкерии – День возрождения нации, ранее – День скорби. Годовщина депортации чеченцев в 1944 году. В Грозном шли парады. А я и этот праздник не отмечал.
Праздники ушли из моей жизни вместе с детством.
Вечерами я выходил во двор и смотрел на огни. Горели нефтяные скважины. Я вспоминал пионерские походы: «Взвейтесь кострами, синие ночи!..»
И думал: вот, взвились… допелись мы, домолились, допризывали на свою голову заклинаниями этот древний огонь, рвущийся из-под земли.
Нефть горела, а экономика замораживалась. По новому указу президента были приостановлены выплаты задолженности по заработной плате всем бюджетникам, если эта задолженность образовалась до 1 января 1999 года. Так что и наши декабрьские жалованья пропали. Но другим было хуже: работникам культуры вообще за все время дали только одну зарплату – за октябрь 1998 года.
Денег в бюджете не было, и взять их было неоткуда. Вот такая смешная страна!
Текущую зарплату, кстати, лучше выдавать не стали и после списания долгов за прошлый год.
Многим людям действительно было трудно найти что поесть.
И, неслыханное дело, в Чечне появились беспризорные дети. Не русские беспризорники, уже свои, чеченские дети, которые никому не нужны. Потерявшие родителей в войну. Брошенные родителями – алкоголиками и наркоманами. И не взятые на воспитание ближайшими родст венниками, односельчанами, просто – другими взрослыми!
Потому что не было и родственников? Или потому что родственникам самим нечего есть?..
Многие из них снова пойдут сыновьями полка и будут подрывать танки и бронетранспортеры на улицах Грозного, во вторую войну, как в первую.
Гавроши.
Я далек от романтизации этих мальчиков, сражающихся в войны и революции. Аркадий Гайдар и его сверстники в Гражданскую войну. Гитлерюгенд с фаустпатронами на улицах Берлина. Чеченские мальчики с гранатометами в подвалах.
Я знаю только одно: 18 лет – неправильный возраст для призыва в армию.
Уже поздно.
Самое лучшее время для призыва – 13 лет. Вот когда мы все мечтаем о боях, жаждем крови! И мы не знаем жизни, поэтому не ценим жизнь – ни свою, ни чужую. Мы еще жестоки, как дети, но уже сильны и коварны, как взрослые. Мы очень хотим убивать.
Сделайте призывной возраст с 13 лет, и у вас больше не будет уклонистов. В 18 мальчик уже открывает для себя любовь и томление плоти, рождающей из себя другую плоть. Его ум затуманен. Он хочет обнимать девушку, а ему дают в руки автомат! Фрустрация! Вы не получаете солдат, вы получаете психических инвалидов, озабоченных недозрелых самчиков.
В 13 лет мы чисты и невинны, мы прямы и естественны, мы настоящие солдаты, мы никого не любим, мы очень хотим убивать.
Это время инициации в первобытных культурах.
Но что может быть лучшей инициацией для маленького мужчины, чем настоящая война?
И Масхадов объявит призыв с 13 лет. Позже, когда начнется война.
А пока? Пока беспризорные дети собираются в шайки. У них есть оружие. Они грабят ларьки и магазины, убивают взрослых и друг друга, продают и употребляют наркотики.
Зима 1999 года была необычно теплой. И весна наступила рано, еще в феврале. С приходом календарной весны, в марте, было уже солнечно и сухо. Зеленели свежей листвой сады, цвела сирень.
И гнили помойки. В условиях бездействия коммунальных служб стихийные свалки возникали везде. Трупы животных, остатки пищи, строительный и бытовой мусор – все отходы громоздились горами на пустырях и в тупиках улиц, бродили, источали вонь, испускали газы, как больной кишечник поверженного наземь дракона.
В Грозном жители выходили бороться с помойками на субботники, вспомнив опыт советской жизни. У нас в Шали в очередной раз запретили выбрасывать на улицу мусор. А куда его выбрасывать? Люди жгут мусор в своих огородах. Оттого село постоянно покрыто сизым дымом, как поле Бородинской битвы.
Друг мой, прошло уже почти десять лет, нет Ичкерии, нет шариата, полный конституционный порядок, а в Шали как не было куда вывозить мусор, так и нет до сих пор. И жгут в огородах, и сизый дым стелется в любое время года, каждый день. Делают из отходов огонь и дым, выбрасывают мусор в воздух, в ветер, в облака. В небо. Не оскверняют ли небо? Так ведь еще и не каждый мусор горит. А что делать со стеклом, железом и камнем?
5 марта в аэропорту Северный города Грозного неизвестные похитили представителя МВД РФ генерал-майора Геннадия Шпигуна. Неизвестные похитили и увезли в неизвестном направлении. В том самом, да.
