Эйр убедился, что мощный, с узким лучом фонарь поставлен на зеленый цвет – разрешение на посадку. Он навел его на вертолет и включил. Вертолет подтвердил сигнал, еще раз качнувшись с боку на бок, и начал заходить на посадку. Вазари взял свой карабин и вышел. Эйр снова навел бинокль, но не смог опознать ни пилота, ни человека, сидевшего рядом, – оба были в очках и с поднятыми воротниками зимних курток. Потом бросился вниз по лестнице.
Другие сотрудники S-G, пилоты и механики, собрались внизу и смотрели. Со стороны основной базы по дороге вдоль периметра к ним неслась машина. Мануэла стояла на пороге своего бунгало. Посадочные площадки располагались перед административным зданием компании. У подветренной стены сидели на корточках четыре «зеленых повязки», оставленные для охраны; Вазари теперь был рядом с ними. Эйр заметил, что один из охранников был очень молод, почти подросток. Он возился со своим автоматом. От возбуждения молодой иранец, передергивая затвор, уронил автомат на бетон, дулом в сторону Эйра. Но выстрела не последовало. На глазах у британца парень поднял автомат за ствол, стукнул его прикладом о бетон, чтобы стряхнуть снег, потом небрежно поковырялся в скобе вокруг спускового крючка, удаляя снег и оттуда. На ремне у него висело несколько гранат – за кольца чеки. Эйр торопливо присоединился к группе механиков, отбежавших в безопасное место.
– Проклятый полудурок! – выругался один из них дрожащим голосом. – Он и себя взорвет к чертям собачьим, и нас заодно. Вы в порядке, капитан? Мы слышали, Мастаку вожжа под хвост попала.
– Да, верно, попала. НВХ, откуда он, Бенсон?
– Бендер-Делам, – ответил Бенсон, краснолицый англичанин, весь округлый, как колобок. – Ставлю пятьдесят фунтов, что это Дюк.
Едва 212-й сел и заглушил двигатели, охранники, возглавляемые Вазари, бросились к вертолету, некоторые с криком «Аллах-у акбаррр!», и окружили машину с оружием наготове.
– Чертовы полудурки, – нервно произнес Эйр, – прямо бравые полицейские из кистуонских комедий[43].
Он все еще не мог хорошенько разглядеть пилота, поэтому вышел из укрытия, молясь про себя, чтобы это оказался Старк. Дверь пассажирского отсека отъехала в сторону. Из нее выпрыгнули вооруженные люди, не обращая внимания на продолжавшие вращаться лопасти винта, выкрикивая приветствия, крича Вазари и его команде, чтобы те опустили оружие. В поднявшейся суматохе кто-то выпустил короткую приветственную очередь в воздух. В первый момент все бросились врассыпную, потом раздались новые крики, все вновь собрались у дверцы вертолета, тут как раз подъехала машина, из нее выскочили еще люди, присоединившиеся к остальным. Множество рук помогли мулле спуститься по трапу. Он был тяжело ранен. Потом появились носилки. За ними – еще раненые, и Эйр увидел, как Вазари побежал к нему.
– У вас здесь есть медики? – возбужденно спросил иранец.
– Есть. – Эйр обернулся и сложил ладони рупором. – Бенсон, давай сюда врача и фельдшера. Бегом. – Он заторопился вслед за сержантом, возвращавшимся к вертолету, и спросил: – Что, черт побери, происходит?
– Они из Бендер-Делама… там контрреволюция, эти проклятые федаин…
Эйр увидел, как открылась дверца кабины пилота и вылез Старк. Не дослушав Вазари, он заспешил вперед.
– Привет, Дюк, старина. – Эйр нарочно придал лицу бесстрастный вид и голосом говорил самым обыденным, хотя внутри был так счастлив и взволнован, что ему казалось, будто он сейчас лопнет. – Где это ты пропадал?
Старк ухмыльнулся, он давно привык к английской сдержанности.
– Рыбку ловил, старина, – ответил он. Вдруг Мануэла пронеслась сквозь толпу и бросилась в его объятия, обхватив обеими руками. Он легко поднял ее и закружил. – Господи, милая, – произнес он с южным акцентом, растягивая гласные, – эдак получается, я тебе и впрямь по душе!
Она полусмеялась, полуплакала, не разжимая объятий.
– О, Конрой, когда я тебя увидела, я думала, я умру…
– Черт, с нами чуть так и не вышло, милая, – непроизвольно вырвалось у Старка, но она его не услышала, и он крепко обнял ее разок на удачу и опустил вниз. – Ты тут побудь минутку, пока я разберусь и все организую. Пошли, Фредди.
Он проложил путь сквозь толчею. Раненый мулла сидел на бетоне, привалившись к полозьям вертолета. Человек на носилках уже был мертв.
– Положите муллу на его носилки, – распорядился Старк на фарси.
«Зеленые повязки», прилетевшие с ним на 212-м немедленно подчинились. Вазари, единственный человек в военной форме на площадке, и все остальные иранцы с базы были поражены. Никто из них не обратил внимания на Затаки, революционного командира-суннита, принявшего на себя командование Бендер-Деламом, который теперь стоял, прислонившись к вертолету, и внимательно наблюдал за происходящим, не привлекая к себе внимания из-за летной куртки пилота S-G, в которую был одет.
