— Со мной тоже так поступили. Сначала я потерял семью после автокатастрофы. Месяцами не мог поверить в это и закрывался в своем мире. После родная тётя относилась ко мне, как к чужому. Каждый раз приходила с каким-то хахалем и выгоняла на улицу в чем мать родила. Приходилось кантоваться в коробке и ждать, когда впустят. Самое смешное, ей нравилось бить меня, не знаю почему. Может, я кого-то напоминал, из-за этого она злилась. Но всё это не сравнится с тем, когда тебя предают, — замолчав, я взглянул на кроны гигантских исполинов. — Однажды я, как всегда, покидал школу в одиночестве. Уже наступали сумерки, и я опаздывал домой. Ведь в это время тётя всегда приходит с работы с плохим настроением. Если она меня не увидит, то наказание мне будет намного суровее, чем просто тумаки. В это время я стал видеть духов и, не поверишь, один из них как раз решил мною поужинать. Если бы не учитель, не было меня с тобой. Может, это была судьба или проклятие, я не знаю. Но все это началось именно из-за него. Он спас меня, не дав стать ужином для духа. После я познакомился с Гуреном, ты бы видела наше первое знакомство, — улыбнулся сам себе от воспоминаний. — Те времена были для меня божественными. После стольких лет я наконец-то нашел семью. Мне хотелось, чтобы все эти дни, проведенные с учителем и друзьями Ёкаями, продолжались бесконечно. Настолько я тогда был наивен, что позабыл о людской алчности. Учитель подвергся страшному заболеванию, с каждым днём его тело таяло, словно лед при жарком солнце. Он рассказал мне о своей проблеме. Я не знал, как быть и вообще что делать в этом случае. Но он успокоил меня и всё рассказал, как есть. Перед своей смертью он хотел отдать мне свою силу, дабы я мог начать свой путь шамана на турнирах. И тут он показал себя, — остановился, и слезы наполнили глаза. Дабы не начать плакать, я приподнял голову вверх. — Я честно верил ему до последнего. Надеялся, что всё это лишь ложь. Ведь учитель Анабе не может так поступить со мной, только не он. Но из-за своих людских грехов он решил убить меня и забрать всю мою силу себе. Это предательство я никогда не смогу забыть. Лишь Гурен остался верен мне. Он пожертвовал собою и спас меня. Я точно не помню, что случилось с учителем, но этот день навсегда остался в моей памяти. Его предательство стало уроком мне, — капля предательски скатилась по лицу и попала по носу Снежинки. — Но и был другой урок, есть те, кто всегда будут с тобой и станут настоящей семьей. Гурен показал мне это, и я не стал закрывается ото всех, дав шанс этому миру и самому себе. Ведь из-за этого мы можем вынести множество уроков и после не наступать на те же грабли снова. Сначала я нашел троих беспризорных Камаитачи. С ними было тяжело, но я справился, и мы стали семьей. После появилась ты, Юкико, стеснительная, зажатая в себе. Это напомнило меня в прошлом, и я не мог допустить такого конца, какой был у меня. Я решил любыми способами сделать тебя счастливой. Мне было плевать на всё, лишь бы тебя не постигла моя же судьба. Ты моя семья, все вы — моя семья. Больше никто не нужен, — я почувствовал холодное прикосновение щеки. Сердце участило свой ритм. Медленно опустил взгляд на девушку.
Её огненно-золотой взгляд прошиб меня до основания. Она с улыбкой провела по лицу ладошкой.
— Я тоже вас всех люблю и не хочу никогда покидать, — в объятиях я не удержался на ногах и упал на спину.
— Ты не покинешь нас, я обещаю тебе.
— Спасибо, — Юкико уткнулась мне в грудь, заливисто заплакав.
***
Полчаса спустя.
— Мамору, сколько нам ещё блуждать по этому лесу. Я устала, хочу домой, когда мы закончим этот бессмысленный поход? — ныла Юки, следуя за мной.
Честно, я прекрасно её понимаю, мне тоже осточертела эта прогулка. Ведь уже полчаса плутаем, а результата никого. Уже начинает казаться, что меня просто обманули с местом. Наверняка он имел в виду другой лес Смерти. Ведь тут кроме гигантской флоры и фауны ничего нет.
— Я что могу сделать? Видишь, тоже иду и терплю, нужно найти этот храм, другого выхода из этой ситуации не вижу.
— Всё, я устала, — она поставила на этой ноте точку, усевшись на ближайшее бревно.
— Снежинка, вставай, у меня нет времени на твои игры… — повернулся к ней и ошалел.
— Я сказала, больше никуда не пойти и точка, — скрестила руки перед собой, подняв носик вверх.
— Ю… ю… юки… — заикаясь, я пытался сказать ей, но это плохо закончится. Она взглянула на меня свысока.
— Что так занервничал, будто чудовище увидел, — ничего не отвечая, я лишь нервно стал кивать головой и спринтерским бегом стал удирать.
В это время Юки сглотнула с опаской, подняла глаза и увидела голову огромного, в четыре раза выше неё, питона. Его коричневая чешуя хорошо маскировала под пейзаж леса и спутать его с бревном не составило какого-либо труда. Девушка спрыгнула с питона, и, как и я, с визгом, стала удирать от него. Крик от неё шел по всему лесу. Точнее лишь я слышал его, ну и сами духи. Когда она поравнялась со мной, возмущенно задыхаясь, стала кричать на меня.
