Он продолжал тянуть нити на себя, не давая ей выбраться из пут. Сейчас его главная задача — победить противника и присоединиться к остальным. Но для начала нужно вернуть обратно Юкиону. Пустую, безжизненную, словно куклу, как говорила Араси. Она сидела с опустошённым взглядом, руки безжизненно свисали. Лишь взгляд был устремлён на небо.
Зик постарался приблизиться к своей напарнице, при этом не ослабляя нити. Огонь потихоньку начинал тухнуть. Но урон, нанесённый ледяной госпоже, продолжал мучить её. Она перестала дёргаться в конвульсиях, лишь тихо лежала, нечленораздельно мыча.
— Я скажу то, что для тебя не новость. Мир не такой уж солнечный и приветливый. Это очень опасное и жестокое место. Если только дашь слабину, он с такой силой опрокинет тебя, что больше уже не встанешь. Ни ты, ни я, никто на свете не бьёт так сильно, как жизнь. Совсем неважно, как ты ударишь, а важно какой держишь удар. Как двигаешься вперёд. Будешь идти? Иди, если с испугу не свернёшь с пути. Только так побеждают! Если знаешь, чего ты стоишь, иди и бери своё. Но только будь готов держать удары, а не плакаться и говорить: «Я ничего не добился из-за него, из-за неё или из-за кого-то. Так делают трусы, а ты не трус! Быть такого не может! Так вставай и бейся вместе со мной. Я не позволю кому-то навредить моим друзьям».
С каждой его фразой сознание Юки постепенно возвращалась. Уже на середине она внимала каждому его слову. Её больше всего шокировали не слова напарника, а то, что он заговорил длинными предложениями. Раньше Юкиона не замечала за ним такое. Она думала, что он замкнутый человек и выполняет лишь приказы Ханы. Ведь при выборе напарников она выбрала именно его. Юкиона видела в нём отражение самой себя — невольную куклу, подчиняющуюся чужим приказам. Но на деле вышло всё наоборот. Девушка ошиблась в своих рассуждениях. Сейчас она видела перед собой уверенного и самостоятельного человека.
«Он сам выбрал свой путь. Его действия тому доказательство. Он сам выбрал лучший вариант — выход из ловушки каменного леса. Он нашёл самый короткий путь к цели. Он пожертвовал собой, бросив Мамору в стан врага. Он сам решил задержать другого врага. Сейчас он тоже самостоятельно действует, захватив нашего врага в плен».
Тело ледяной госпожи стало покрываться чернотой. Волосы покрылись серым пламенем. Юката стала растворяться, обнажая тело госпожи. Приподняв голову, она взглянула на Зика зеркальным взглядом. В глазах кружила червоточина зла и ненависти. Всегда белая и нежная Араси становилась тёмной и злой. Её движения, до сей плавные, стали резкими. Теперь она сама становилась куклой. Раны на её теле стали затягиваться. Нити, что удерживали её, рвались одна за другой. Обнаженное тело госпожи охватили черные миазмы, скрыв все бесстыдства.
Юки продолжала сидеть на месте, наблюдая за преображением матери.
Тут рвутся последние нити, пленяющие ледяную госпожу. Она без усилий высвобождается, сбрасывая с себя помеченные странными знаками сюрикены и нити. Её безумный взгляд куклы устремляется на Зика. Парень складывает печати для новой техники. Но скорость Араси возрастает трёхкратно. Она уже оказывается перед ним, нанося удар кулаком, покрытым чёрным льдом. Ошеломлённый Зик пытается блокировать удар. Даже с активированным Шаринганом ему это не удаётся. Удар в живот выбивает весь кислород, отправляя парня вверх. Она двигается за ним. В воздухе наносит серию мощных ударом. Учиха пытается блокировать их. Это ему частично удаётся с помощью глаз. Но удары всё равно достигают его тела. Последний из них оказывается очень сильным. Зик пытается блокировать его, но скорости Араси можно позавидовать. Она впечатывает его в ближайший шип, выбивая последний дух.
«Тем временем я сижу тут сломленная. Кем? Собственной матерью, которая не любит меня. Считает вещью. Каждый раз встреча с ней приводит меня в такое состояние. Если так продолжится дальше, я буду сломлена, и тогда никто не сможет вытащить меня из этого места, где я скрываюсь от внешнего мира. Жизнь — очень тяжёлая штука. Чем дольше я тут живу, тем сильнее понимаю все её законы. Хватит! Зик прав!»
— Теперь… я… убью… тебя… — кукольным голосом произносит она, приблизившись к нему. Размах. Вспышка.
***
— Эрика… — произнёс Гурен, ошарашенный увиденным. — Этого не может быть, — дух-хранитель не мог поверить своим глазам. Ведь он прекрасно помнил, как его вторая половинка пожертвовала собой.
