Я закончил рисовать таблицу, как на меня обрушился вертикальный титанический удар. «Барьер духов» выдержал удар, отбросив руку огра обратно назад, но купол рассыпался на осколки. «Рецу» резко сложил печать и контратаковал, множество осколков вонзились в него. Камаитачи бросились на огра, повалил на землю. Это мой шанс, пора заканчивать и показать, на что я способен. Конечно, я после пожалею. Увы, они должны понять, с кем имеют дело.
— «Рин-Тох-Кай», — под огром образовалась пентаграмма. — Тьмой, что закрывает сумерки. Кровь, что льется в жилах мирных слуг! Я заклинаю неверующих глупцов. Ведомый дракона! Захват духа! — Камаитачи разошлись в сторону огра, обуревая фиолетовые молнии. Его тело скукожилась и сжалась до размеров маленькой сферы. Она подлетает в воздухе и мигом направляется в мою заготовленную куклу. Яркая вспышка всех ослепляет, даже я не могу смотреть на это. Через секунду всё пришло в норму. Кукла на моём браслете источала мелкие разряды молний и потихоньку остывала. Мощный попался враг, чувствую, уже половину фурёку израсходовал. А битва между Гасадокуро даже не начиналась. С такими темпами, я могу спокойно собираться и возвращаться домой. Но зато не с пустыми руками.
После вспышки все стали потихоньку приходить в себя. Лишь старики, да Высший Тэнгу, сидели невозмутимо, смотря на мой бой. Я почувствовал, как нога предательски подкосилась. Не люблю, когда такое происходит после первого раза использования техники. Пришлось не чураться кого-либо, упал на одно колено. Техника дала хорошую отдачу после её легкого применения. Если так будет каждый раз, боюсь представить, как я буду выглядеть после двух заключений подряд или больше.
Присутствующие сели на свои места и с опаской стали глазеть на меня. А самые пылкие и вовсе уставились вниз, не решаясь поднимать взгляда. Высший Тэнгу вышел из-за своего места и подошел ко мне. Я вытащил печать офуда и приготовил её. Камаитачи окружили меня, загораживая.
— Тише, Мамору Сэнджи, ты доказал нам свою силу. Убери оружие и прими наши извинения. Горные демоны всегда действуют прежде, чем подумают. Их безнравственность всегда ведёт к гибели. Вот один пример, который ты видел. Мы не будет требовать его освобождения, это наказание за то, что напал на гостя в священном зале совета. Жаль, что их становится всё меньше с каждым веком. Найти среди них самых сильных становится каждый раз сложнее.
Это был такой намек мне, который говорил: «Пускай он побудет у тебя какое-то время. Но потом, будь так добр, верни». Сейчас он казался мне совсем другим. Больше я не видел в нем высокомерного Тэнгу, а наоборот — доброжелательного хозяина. Снова это чувство доверия, хватит с меня. Уже хватило одного раза, на второй я не попадусь. Пусть он строит из себя хоть божий одуванчик. Если он показал себя враждебным первый раз, значит он такой по натуре. Таким веры нет и не будет.
— Мамору, ты в порядке? — не сдержала молчание Надзоми. Её беспокойство в мою сторону я могу понять. Ведь прямо сейчас передо мной находится глава дома, а я не в лучшем положении что-либо ответить или сделать ему. Пока отдача от техники не уйдёт, я беспомощный котёнок. Придётся тянуть время для моего восстановления.
— Да всё хорошо… Просто после тренировки я немного устал. А тут ещё этот демон. Не рассчитал сил и вышло так. Но на Гасадокуро меня хватит, даже успею его покромсать как следует, — с улыбкой стал блефовать. Я старался как мог не подавать виду своего мучения, показывая себя невозмутимым воином.
— Юкиона, — подозвал альбинос.
Дверь раскрылась и в зал вошла девчонка-подросток. Ей дал бы десять или двенадцать лет, может чуть больше. Одета она в белый и тёплый для зимнего времени кимоно, украшенный цветами сакуры. Она обошла стол, одаривая всех жгучим морозным ветром. Юкиона подошла к альбиносу и «наградила» его синими мрачным взглядом исподлобья.
— Чем могу служить вам, господин? — звонкий и морозный голос раздался из этого хрупкого создания.
— Мамору, в качестве прощения и доброй воли, примите наши скромные извинения. Это Юкиона, с этого дня она будет служить вам, — заявил Тэнгу, ошарашив тем девушку и меня.
— Но господин… — она хотела возразить, но тяжелый взгляд Тэнгу заставил её замолчать. Она лишь посмотрела на меня, будто какая-то кукла, своими золотыми глазами и поклонилась.
— Мне приятен ваш дар, но как я могу заметить, она сама этого не желает. А если Ёкай этого не хочет, то для меня она бесполезна. Она будет лишь обузой для меня. Как вы могли заметить — я шаман. Духи, что окружают меня, могут быть двух видов. Либо друзьями, либо покорёнными. На первое она, как я погляжу, не согласится, остается второе, — тут её охватил страх.
— Понимаю. Связь душ — это великая сила. Если её не будет между вами и духом, тогда ничего не получится и вы можете пострадать больше, чем сам дух. Но я настаиваю, примите её, вы же не хотите обидеть меня и всех тут присутствующих, — продолжал стоять на своём Тэнгу.
