Девчонка моя ровесница или нет, трудно определить. Жёлтые волосы, две косы в разные стороны. Голубоглазая, на щеках нарисованы три линии. Черты лица больше походили на мальчишеские, чем на девчачьи. Но возраст, когда она станет постарше, то её формы округлятся. Вот тогда увидим лебедя. А сейчас, гадкий утёнок, и я такой же, не буду скрывать от этого. На ней были надеты мальчишеские штаны коричневого цвета, да голубая футболка, поверх которой желтый плащ.
— Ксо-о-о! Смотри, куда идёшь, бестолочь. Из-за тебя я вся испачкалась. Черт! Ты мне плащ порвал, — зло сказала она, схватив меня за грудки.
Я попытался вырваться, но оторопел, увидев невообразимое. За спиной девчонки, в виде красного цвета, выходила какая-то ауры или огонь, я точно не могу описать. Но зрелище было не для слабонервных. Мне даже показалось, что это аура приняла форму головы лиса.
— А… — только и мог я сказать, ведь от этой ауры веяло огромной силой, которая давила меня с каждым разом всё сильнее.
— Ты что замолчал… — тут она сама осеклась и поняла. Отбросив меня в сторону, с презрением посмотрела на меня. — Кому-то скажешь — пожалеешь, — с поднятой головой она ушла, смешавшись в толпе.
«Твою мать», — только и смог я подумать про себя.
========== Акт 2. Глава 1 — Путь шамана «Два года спустя» ==========
«Мы выбираем не случайно друг друга… Мы встречаем только тех, кто уже существует в нашем подсознании» — Зигмунд Фрейд
Это встреча с девочкой была не случайной. Всегда найдётся тот, кому нужна это встреча и он создаст её. Ведь в моем случае нет такого понятия, как случайность. Прямо сейчас за мной наблюдает, так называемый, «объект икс». Всё норовит меня использовать и заставить плясать под его дудку. То, что произошло со мной в деревне и то, что увидел, заставило переосмыслить. Эта девочка ещё покажет себя, я должен быть готов к этому. Ведь в ней скрыто чудовище, которое может сломать всё, к чему я стремлюсь.
Моя цель — это обосноваться в деревне, принести пользу, после которой смогу спокойно жить. Под её защитой я смогу укрыться от внешних опасностей и тренироваться для себя. Ведь как показала моя недавняя вылазка — я чуть не лишился жизни. Дабы этого не повторилась, нужно постараться избегать рискованных авантюр.
Когда я отдал практически больше половины запасов чёрного оникса, дед Сарутоби отослал меня прочь, сказав, чтобы не мешал работать. Через пару недель я вернулся к нему. Но вместо старика сидел уже другой мужик. Я уже думал меня обокрали и был готов использовать Камаитачи для его поисков. Но меня успокоили. Мужик атлетического телосложения, увидев меня, подозвал к себе, объяснил что к чему. И я успокоился. Мне было отдано тридцать процентов выручки от проданного товара. Мужик впервые в своей жизни увидел такой ажиотаж среди народа. Все хотели заполучить себе побрякушку с черным ониксом. Как мне он сказал, кто-то пустил слух, что этот камень снимает сглаз и душа получает умиротворение. Вот из-за этого половина товара распродалась за один день, вторая была скуплена оптом и отправлена в другие деревни.
Столько денег я в жизни не держал в руках. Если это всего лишь тридцать, тогда сколько будет все сто? Не, конечно, я понимаю, работа, материал, маркетинговая компания в виде слуха. Я подозреваю, что это дело самого деда Сарутоби, пустив слушок после сказанного мною о духах. Нет, не считайте меня скупердяем и жадиной, я добился главной цели. Теперь злых духов стало намного меньше, что доказывала уменьшенная концентрация скверны над деревней.
Первым делом я отправился в ближайший банк, который у них каким-то чудом имелся, и убрал от греха подальше деньги. Лучше пусть у них лежит, будет повод после спрашивать с них, чем позорно потерять или растранжирив. Прежде, чем брать мои деньги, они много задавали вопросов: откуда, украл ли я их, ну и всё в этом духе. Пришлось задействовать того, кто отдал их мне. Он подтвердил и тогда в банке приняли их, попытавшись всучить дополнительные услуги. Я, конечно, в возрасте своём не был таким наивным и выбрал лишь страховой случай. Конечно, это забрало у меня одну десятую процента от всей выручки. Но что поделаешь, ради сохранения не жалко. Как говорится, подальше уберёшь — поближе возьмёшь.
Вернувшись в Детский дом, я продолжил жить своей жизнью. Младшее поколение меня ненавидело, презирало. Всё как всегда. Старшее наоборот, кое-как, но проявляло симпатию. С тех пор как я забрал череп, никаких происшествий не произошло. Лишь недавно приходил Шиноби, отобрал несколько ребят девяти лет для обучения в Академии. К ним я, слава духам, не относился. Но этот Шиноби посматривал на меня.
Минули два года.
