— В то, что Антей единственное место, где сохранилась жизнь, верить не хотелось. Все мы волновались за своих родных, понимая: даже если наши семьи живы, мы можем никогда с ними не встретиться. Но понимали мы и то, что нам нужно просто выполнять свою работу, чтобы сохранить рассудок. Царило полное затишье. Потом из ниоткуда появились страшные, демонического вида существа. Мы потеряли нескольких человек, но очень скоро нашли способ раз и навсегда избавиться от этой напасти.
Эти слова заставили меня вздрогнуть и вспомнить о Лунвэе с его странной историей об оружии против гуйшэней. Старый Пак явно говорил именно об этом!
Крепость не испытывала нехватки еды и воды, но, в отличие от горной страны, веками держаться не могла: весь гарнизон состоял из мужчин, рано или поздно он бы просто вымер. Из слов Пака я понял, что на вершине горы ещё с Золотого века стоял мощный «передатчик» — устройство для связи с небесными странами. День за днём обитатели Антея отправляли послания в вышину и слышали в ответ молчание.
Так прошло пять лет. Весной и осенью гора становилась перевалочным пунктом перелётных птиц, и однажды кто-то из бойцов увидел журавля с яркой лентой на ноге. Это была огромная радость: значит, где-то, откуда прилетела птица, есть жизнь. Гарнизон записал обращение на «индийском гранате» и, дождавшись, когда стая полетит обратно, отправил его так же, с журавлём. На день отправки маоцзянского «граната» эта традиция существовала уже тридцать пять лет.
— Нас осталось девять человек, — завершил свои слова Пак, — но пока мы живы, генератор продолжает работать, мы не оставляем надежды связаться хоть с кем-нибудь. Если вы нас слышите, отзовитесь.
Это лишь часть. Что-то из сказанного мне вообще не удалось понять.
Далее следовало несколько карт, по которым можно было достаточно точно определить местоположение Антея относительно горной страны, а также чертежи и изображения самой крепости и её ключевых узлов. Сильнее всего впечатлил меня вид с вершины горы на её основание. Ядовитый туман (на этом изображении — ярко-красный) опоясывал гору, но словно боялся подступить слишком близко. Под горой зеленела трава, росли деревья — не белёсый мох! — а рядом, чуть не касаясь веток, стояла алая стена тумана. Сразу завладел моими мыслями и передатчик, похожий на огромное блюдо, проткнутое посередине иглой.
Учитель Яо, показал нам и «генератор» — приспособление, видом и предназначением походящее на алхимическую печь. По его словам, оно снабжало крепость некоей эфирной энергией, необходимой для работы всех сложных устройств, в том числе, вероятно, защищающих её от тумана.
— Посмотрите! — У Чжайбо вдруг подошёл к ширме и ткнул пальцем в изображение блестящего цилиндра. — Узнаёте? Такую вещицу я приносил вам в Тайхо пару лет назад! Помните серебристого истукана?
— Да, похоже на то, — согласился Яо. — Увы, в Тайхо я так и не сумел раскрыть его предназначения, но думаю, что для генератора это что-то вроде топлива.
— Значит ли это, что, добравшись до Антея, можно вернуть всё это к работе? — спросил я.
Учитель Яо озадаченно на меня посмотрел, а У рассмеялся:
— Как же вы собираетесь туда добраться? Не смотрите, что я одет, как даос, — превращаться в журавля я так и не научился!
Я напустил на себя загадочный вид и сказал, что, наверное, смогу это устроить. Мне было приятно, что и я сегодня могу преподнести им нечто удивительное.
Сделав распоряжения насчёт западного флигеля, я отправил за паланкином и к четырём часам был у дома господина Чхве. Как я и ожидал, правитель Дуншаня сидел за чаем в компании администратора Ли. Под рукой у того я заметил несколько архивных папок и предположил, что среди них должны быть копии тайцзинских документов Су Вэйчжао. За столько недель, проведённых в Лияне, странствующий администратор упустил немало бумажных сокровищ и сейчас навёрстывал упущенное.
Господин Чхве пошутил, что моя болезнь прошла на удивление быстро. Я ответил шуткой о том, что на следующее утро она о себе ещё напомнит, и под одобрительный смех занял место за столом. Слуги принесли третий чайный прибор. Некоторое время я просто слушал беседу, изредка отвечая на обращённые ко мне вопросы, но, дождавшись в обсуждении удачной развилки, сам вывел его на тему забытых изобретений и упомянул о летающей лодке. Префект тяжело вздохнул и признался, что последние два месяца этот проект не идёт у него из головы. Администратор Ли с интересом открыл соответствующую папку и сразу обратился к чертежам и рекомендациям по постройке.
