Только потом мы узнали, что 21 января эпидемиологическая ситуация в Ухане уже была очень тяжелой, но в тот момент мы все находились в неведении и по-прежнему жили обычными предновогодними хлопотами. Если мы погружены в работу, то всегда ведем себя так. Только во второй половине дня, во время брифинга в Высшем народном суде Нинбо, зазвонил мой сотовый телефон, и я увидел сообщение от супруги в мессенджере WeChat: «В Пекине и Шанхае защитные маски уже в огромном дефиците, срочно попробуй перед отъездом купить в Нинбо хотя бы несколько штук».
«Не может быть, что всё настолько плохо», – усмехнулся я про себя.
Раз уж супруга отправила такое сообщение, нельзя было не реагировать на него, и, хотя я полностью был погружен в интервью, мне пришлось отложить ручку, тихонько показать сообщение одному из руководителей суда в Нинбо и со смущением спросить:
– Не знаю, правда это или нет. Как всё дошло до такого?
Он улыбнулся и ничего не ответил.
– Поможете мне купить несколько масок? – попросил я.
– Конечно!
Не прошло и пяти минут, как передо мной появились две маски.
– Так быстро! – Я был слегка удивлен.
– Принесли из моего кабинета, – ответил мне руководитель суда.
Взглянув на маски, я мысленно усмехнулся, но вслух ничего не сказал: они были синего цвета, матерчатые, совсем не медицинского назначения. Я подумал: «Видимо, в Нинбо никто не подозревает, что из внешнего мира к ним уже приближается лютый враг!»
Когда-то я пережил времена атипичной пневмонии, и бдительность прочно укоренилась в моем сердце. Все мои родные – потомки врачей, и, если бы опасность не была настолько серьезной, они не стали бы создавать панику и в приказном тоне требовать, чтобы я купил маски.
На обратном пути водитель, несмотря на моросящий дождь, ехал быстро, и в сумерках дорогу было плохо видно. За несколько дней непрерывных интервью в Чжэцзяне я переутомился, поэтому всю дорогу в Шанхай провел в полудреме. Поблагодарив по приезде водителя, я поспешил в свой гостиничный номер собирать вещи и готовиться к завтрашнему возвращению в Пекин.
– Ни в коем случае не возвращайся! В Ухане случилась большая беда! Сейчас вся страна в опасности, не говоря уже о поездках на поезде и самолете – это еще опаснее! Риск заражения огромен! – так непрерывно убеждали меня по телефону супруга и друзья из Пекина.
– Неужели всё настолько страшно? – недоверчиво отвечал я. С головой погруженный в судебную тему я совершенно не интересовался событиями последних дней.
– Абсолютно. Информация проверенная. В Ухане разразилась эпидемия заразной болезни… Очень похожей на атипичную пневмонию того страшного года! 一услышал я от своих пекинских друзей. Они обладали определенным весом в обществе, так что эта информация скорее всего была надежной.
– Мы все пережили атипичную, чего нам бояться? – немного заважничал я. Семнадцать лет назад, когда в Пекине разразилась атипичная пневмония, я в первых рядах, вслед за руководителями Центрального правительства и Пекина, министром здравоохранения У И[10] и исполнявшим тогда обязанности мэра Пекина Ван Цишанем[11], «ходил на прорыв вражеских позиций». В период борьбы с болезнью, которую возглавили эти люди, я также делал репортажи из горячих точек и чего только не насмотрелся. – Да не боюсь я всего этого.
– Если тебе не страшно, то нам очень! Послушайся совета: не возвращайся, останься в Шанхае на несколько дней, посмотри по обстоятельствам, а потом уже решай! – Звонки из Пекина приобрели характер чуть ли не приказов. Именно они вынудили меня принять решение не возвращаться.
Скорее сдавать билеты!
Если вы решите глубокой ночью вернуть купленный билет, как вы думаете, легко ли это у вас получится? Билет на поезд был забронирован через онлайн-сервис Сtrip[12]. Супруга тоже засуетилась, но в конце концов сообщила мне, что желающих сдать билеты слишком много, более тысячи человек в очереди.
– Бог с ним! Сначала встань в очередь, потом разберемся, – ответил я жене. Не то чтобы мне было жаль этих нескольких сот юаней, но не попытаться вернуть билет было бы просто неразумно.
– Это просто издевательство! – возмущалась жена.
– Что случилось?
– Они используют грязные махинации! Только что перед нами было несколько десятков человек, еще минут десять – и подошла бы наша очередь, но они внезапно перевели всё в режим ручного оформления, а это значит, что с ними нужно связываться по телефону. Но по телефону совершенно невозможно дозвониться!
– Попробуй еще раз встать в очередь. Если совсем ничего не получится, бросим эту затею! Наверное, и у них свои трудности, – ответил я, полностью восстановив душевное равновесие. Я знал секрет получения прибыли у торгашей: у них в запасе всегда есть много ловких ходов для подобных ситуаций. Однако мне совершенно не приходило в голову, что в это время по всей стране народ массово возвращает билеты.