Совет не в бровь — в глаз. Я поджимаю губы, отворачиваюсь и несколько минут изучаю темную тень на стене. Исследователь мне не мешает — сидит рядом и не издает не звука. Но я почему-то знаю, что он смотрит на меня — пристально, исподлобья. Я даже чувствую тонкую нить повисшего в воздухе ожидания — хотя мы договаривались, что я не буду пользоваться даром в доме.
Я не выдерживаю первой и поджимаю губы:
— Я не буду ему мешать, если он не станет держать меня в неведении.
— Мейд…
— Я хочу знать, при чем здесь Моррис! — повышаю голос я, — это дело мое и отвечать по нему тоже мне. А Лоуренс рано или поздно спросит. Если Максвелл считает нужным, то… кстати, а до чего вы договорились?
Странно, что я не задала этот вопрос раньше и Джо это понимает — едва заметно усмехается, отчего его глаза украшаются сеточкой морщинок:
— Что я дам ему знать, как только ты появишься.
— Но вначале я уеду, — будто в подтверждение своих слов я указываю на дверь.
— Как хочешь, — пожимает плечами мужчина.
Мы больше не говорим — и я сижу в кресле, пока Джо вызывает мне дилижанс. Закрытый — и я усмехаюсь, слыша, как он подчеркивает это в разговоре. Да, Вальтц однозначно сообщил Максвеллу больше, чем надо.
— Все, — сообщает мужчина, положив трубку, — через полчаса приедет.
В ответ я зеваю, стыдливо прикрывая рот ладошкой. Мне уже сама мысль о том, чтобы выйти на улицу, кажется крамолой. Джо чувствует это — и, улыбаясь, предлагает:
— Ты пока подремай. Я разбужу.
Противиться сил нет и, откинувшись на мягкую спинку, я закрываю глаза, почти сразу проваливаясь в сон. Последнее, что фиксирует мой мозг — это фразу, сказанную мягким тихим голосом:
— А дилижанс, пожалуй, я все таки отменю.
Звуки проникают в мой сон постепенно и я не тороплюсь просыпаться: наоборот, устраиваюсь поудобнее, ощущая, что по шею закутана в плед. Как… в Лаерже, пока Максвелл готовил мне ванну.
Тихий звон посуды и звук льющейся воды привлекают мое внимание, а уж когда к ним примешиваются мужские голоса, открывать глаза я передумываю. Но навострить уши все же приходится, особенно когда я понимаю, что знаю обладателей всех тембров.
— … плохая идея её сейчас забирать, на часах за полночь, — тихо сообщает Риндан, — пусть лучше выспится, я завтра пришлю служебный экипаж.
— Знаю я ваши служебные экипажи, — в тон инквизитору хмыкает Джо, — с бархатными сидениями и золотым унитазом. Вы еще бриллианты на крышу присобачьте.
— Все не настолько запущено, — бархатно смеется Максвелл и тут же затихает, — ну, раз пропажа нашлась, то я поеду, пожалуй.
Что-то со стуком ставится на стол и я тут же понимаю — чашка.
— Риндан… — Джо ставит свою посудину с таким же стуком, — раз у вас все под контролем, может, тоже до утра останетесь? Гостевая комната готова к…
— Благодарю, но откажусь. Предпочту наблюдать за процессом лично.
— Рискуете.
— Рискую, — просто соглашается Максвелл, — тем более, Хилл прав — эвакуация была бы лучшим решением. Но я не имею права на ошибку — среди одаренных фанатики мне еще не встречались.
— Думаете, он проявит себя в ближайшее время?
— А когда ещё? Слух о приезде кардинала завтра вечером уже пущен. Он предпочтет дождаться массового столпотворения — так для них… зрелищнее.
Мужчины молчат, молчу и я, стараясь не шевелиться.
— Поразительно, на что способны некоторые люди, — наконец изрекает Джо.
— Нелюди, — поправляет Максвелл и чуть тише добавляет, — я очень надеюсь, что мои дети будут расти в мире без подобного ужаса.
Замечание на редкость правильное, на редкость верное, на редкость… додумать я не успеваю — разговор оживает снова.
— А как же скопление эмоций? — проявляет любопытство исследователь.
— Нейтрализуем! — сообщает Риндан и уверенности в его голосе больше, чем обычно, — сразу после успешного завершения операции. Могли бы и раньше, но…
— Вам нужно поймать его на горячем, — в голосе исследователя слышится одобрение.
— Именно! Так, поехал я.
Несколько минут я слышу шорохи, шаги, шум коляски и лишь после того, как закрывается дверь заднего хода, все-таки подаю голос:
— “Риндан”? “До утра останетесь?”
— И тебе не хворать, — как ни в чем не бывало откликается Джо и я открываю глаза.
Кабинет затоплен светом, оставляя в темноте лишь угол с моим креслом. Долго о странной метаморфозе догадываться не приходится — тусклая стена защиты, призванная отделить меня от остального помещения, видна невооруженным взглядом. Не удержавшись, сканирую пространство — странно как, разговор я не должна была слышать. А ещё в воздухе витают странные ошметки плохо знакомого заклинания. Не удержавшись, я осторожно тяну за ниточку куска, проплывающего мимо и едва сдерживаюсь от издевательской улыбки — кажется, кто-то перестарался. Эксперименты Джо со всеми подряд проявлениями дара, которые тот регулярно проводит в лаборатории, не всегда приносят плоды — вот и сейчас по комнате дрейфуют остатки плохо развееного заклинания временной потери памяти.
Интересно, к чему приведут его эксперименты в этот раз?
