Я киваю, точно Джо может меня видеть. Но даже этого не требуется — связь прерывается тут же, а я недоуменно пожимаю плечами.
— Что такое?
И глаз Ирмиса мгновенно исчезает привычная веселость и сейчас передо мной дознаватель — не чета Максвеллу в Ноймерштире, но неважно.
Я вздыхаю:
— У Джо пропала карта подземелий Лаержа. А ещё у него в кабинете остатки заклинания забвения. Говорит, что накладывал не он.
— А кто?
Мужчина умеет быстро включаться в ситуацию и сейчас, нахмурившись, смотрит на меня.
— Надо выяснить подробности, Мейд, — добавляет он миг спустя, — хоть что-то. Сможешь?
— Не уверена, что мне удастся, — морщусь я, уже поднимая трубку.
Но на вызов не отвечают — ни сейчас, ни через пять минут. Окончательно дезориентированная, я замираю у стола, не понимая, что происходит. Странная тревога, вызванная сном и отъездом Риндана постепенно, но неумолимо нарастает, заключая меня в ледяные объятия страха. Мысль о том, что пропажа карты и дело Максвелла связаны, сейчас кажется очень логичной и не вызывает сомнений.
— Не волнуйся, сейчас разберемся, — пытается утешить меня Ирмис и сам занимает место у аппарата.
Стоя у стола, я гипнотизирую взглядом ветви яблонь и очередного ушастого засранца, решившего провести разведку боем. Заяц без проблем добирается до яблоневого ствола, но терпит неудачу — деревья укрыты надежно. Интересно, сколько у меня было дел, когда я оказывалась в состоянии такого зайца?..
— Пока глухо, — доносится из-за спины, — я попробую дозвониться ещё, но сейчас в крепости один сплошной бардак.
— Попробуй в дежурную, — прошу я, но дознаватель неумолимо качает головой:
— Мейд, я понимаю, что тебе тревожно, но поднимать панику из-за твоей интуиции никто не будет. Если Джо отзвонился Лоуренсу — значит, они и так что-то придумают. Тем более, в Лойсе свое управление — наверняка уже кого-то выслали.
Объяснение логичное, но меня не успокаивает. Пальцы начинают мелко подрагивать, а по позвоночнику пробегает ящерица судороги.
— Надо выяснить, кто был у Джо, — сообщаю я в пустоту.
В том, что у мужа сестры был кто-то посторонний, я уже не сомневаюсь. Не будут знакомые Джо, знающие специфику его рабочих апартаментов, так себя подставлять — все заклинания, которые используются в кабинете, в нем же и остаются — до тех пор, пока Джо не устраивает чистку.
Наверное, именно по такому же принципу в темные века ставили защиту на камеры заключения эмпатов.
— О чем думаешь? — Ирмис подкрадывается незаметно.
— Вспоминаю, как устроена система защиты в кабинете Джо.
— И что с ней можно делать, — неожиданно фыркает дознаватель, а я удивленно кошусь на него.
Ничего себе смена настроения!
— Что?
— А то ты не знаешь. Мейд, вспомни день Отца три года назад!
Ну да, действительно. Джо тогда как раз вернулся с курса реабилитации — и мы с Адель решили объединить приятные поводы и заодно устроить смотрины двухмесячной Тайры. Как же ворчала сестра, когда поняла, что гостиную и даже кухню придется превращать в импровизированные спальни!
— Ты о том, как мы пошутили над Джо?
— И как нам потом прилетело. Мы же впитали абсолютно все эмоции в лаборатории…
— … а они были предназначены для очередного эксперимента, — усмехаюсь, вспоминая семейный скандал. Ирмиса, конечно, хотели отослать прочь, но коллега отказался и стоически выдержал всю прилетевшую мне нервотрепку. Было… невесело.
— Хотя, признать, впитать все эмоции в комнате мне бы не удалось, — добавляет дознаватель, — а вот тебе…
— Думаешь, я на такое способна?
— Обижаешь! Я в этом более чем уверен! — энергично кивает мужчина и, на миг задумавшись, добавляет, — мне, кстати, от Лоуренса тоже потом прилетело. Он вспомнил твою ситуацию с переполнением резерва.
— Да там не так уж и много было! — тут же вспыхиваю от негодования я, — на треть, может, а то и меньше!
Я знаю, о чем говорю — привычка развлекаться, втягивая в резерв окружающие эмоции, появилась у меня аккурат после возвращения из госпиталя. Джо, шокированный моим неумением чувствовать резерв, тогда устроил мне сущую головомойку, заставляя раз за разом поглощать эмоции и оценивать степень заполненности резервуара. На помощь нашему семейному мучителю всегда приходили приборы из лаборатории, так что опции “соврать” у меня не было по умолчанию.
Мои мысли прерывает треск передатчика и я резко оборачиваюсь. Подойти, впрочем, не успеваю — Ирмис подхватывает трубку мгновенно.
— Тебя, — протягивает он её мне миг спустя.
— Что хотела? — голос Джо звучит ещё мрачнее и я внезапно понимаю, что задавать мужчине вопросы сейчас — самоубийство.
К тому же, что он вспомнит после заклинания забвения?
— Позови Адель, — я стараюсь, чтобы мой голос звучал как можно мягче.
И это работает, потому что почти сразу я слышу голос сестры.
— Мейд? Что-то срочное?
— Да. Джо рядом?
Минутная пауза в трубке сменяется тихим:
— Уже в кабинете.
Я прикрываю глаза и с облегчением выдыхаю: Адель умеет читать между строк. Да и, если честно, я сама не уверена в том, что хочу узнать.
Но проверить не мешало бы.
— Ты помнишь, кто приезжал к Джо?
Адель смеется:
— Спрашиваешь тоже! Риндан твой и приезжал.
