Свадьбу с размахом отгуляли ещё неделю назад, но газеты не переставали пестрить однотипными заголовками, а поздравления приходили со всех уголков Англии. Очень многие ведьмы и волшебники не переставали задавать Гермионе один и тот же вопрос, который касался её переезда в Италию. Но истинную причину знали только они с Блейзом и Пэнси, даже для родителей она придумала легенду с перспективной работой и рвением жить в тёплой стране.
Гермиона так же приняла для себя важное решение в отношении родителей, которое заключалось в том, чтобы все чаще и чаще ограничиваться лишь общением письмами. Она была безумно рада, что смогла вернуть им прежнюю жизнь, но боялась ранить своим холодным отношением.
Выражать свою любовь словами на бумаге было куда проще, чем все время фальшиво улыбаться. Хизер и Том были в Италии на свадьбе и Гермиона с ужасом поняла, что даже эти люди теперь не вызывают в ней никакого эмоционального отклика, внутри были слишком тихо. Оставалось надеяться только на то, что такая же тишина будет внутри и тогда, когда «Пророк» опубликует новости со свадьбы Малфоя.
— Доброе утро, — Блейз появился рядом. — Ты во сколько проснулась?
— У меня сегодня была встреча в Министерстве, я же говорила тебе, — Гермиона протянула супругу кофе. — Я вот минут десять назад только вернулась.
— Ты все-таки решила согласиться?
— Блейз, у меня было достаточно времени, чтобы все обдумать. А у них для того, чтобы проверить мои способности.
— Гермиона, ты ведь понимаешь, что эта работа… — Блейз запнулся. — Твой потенциал, твои знания, откроют тебе дорогу к любой должности. Эта работа не совсем для тебя. Тебе ведь придётся…
— Убивать, — спокойно закончила она его фразу. — Я все это понимаю. Кто бы мог подумать, что в волшебном мире, где все решается палочкой и магическими законами, требуются киллеры, — она звонко рассмеялась. — Но мы с тобой много раз говорили об этом, я не могу остаток жизни сдерживать в себе всю ту темную магию. Когда-то я не смогу себя контролировать и причиню боль тебе.
— Ты волнуешься за меня?
— Ты — единственный человек во всем магическом мире, за которого я переживаю. Еще есть Пэнси, но она слишком далеко.
— Я тоже за тебя переживаю, Гермиона! — Блейз отодвинул от себя чашку. — И именно поэтому я не хочу, чтобы ты там работала. То, что у тебя нет души — не означает, что убивать будет легко. У тебя есть сердце, есть чувства…
— Не лги себе, Блейзи, — Гермиона подошла к нему и нежно обняла. — У меня нет ни сердца, ни души, ни чувств.
Она оторвалась от парня и направилась в сторону дома.
— Поэтому ты до сих пор плачешь по ночам по нему? — крикнул он ей в след. — И с ужасом ждешь, пока в газетах появятся их колдографии? От того, что у тебя нет ни души, ни сердца, ни чувств? Так вот, они уже поженились, Гермиона. На следующий день после нашей свадьбы.
Дрожь пробила тело до кончиков пальцев, руки сжались в кулак, но она не остановилась и ничего не ответила. Слова Блейза прошлись лезвием по пустоте, оставив глубокий кровоточащий порез. Каждое упоминание Малфоя наносило непоправимый ущерб искалеченному нутру. Она прекрасно понимала, что Забини не хочет причинить ей боль и не хочет травмировать, но он не мог ощутить даже сотую часть её боли.
Завтра у Гермионы первый рабочий день и в голове витал образ первой ее жертвы, о которой Блейз даже не догадывался. Она не смогла утаить от него суть своей будущей работы, но всех подробностей рассказывать не стала, ради его же безопасности. Первым ее «клиентом» был предводитель оборотней на севере Италии, который стал слишком неудобным для Министерства.
На протяжении всего дня они с Блейзом не разговаривали, что позволило Гермионе полностью уйти в себя и почистить свою библиотеку. Она постаралась как можно дальше и выше на стеллажи засунуть сегодняшний разговор о свадьбе Малфоя и Гринграсс, как каждое утро делала со своими снами. Ночи в Италии были невероятно теплыми, что позволяло Гермионе часто гулять под луной и не беспокоиться, что конечности просто отмерзнут. Только восходящее солнце вернуло к реальности и напомнило о том, что пора собираться.
Гермиона тихо пробралась в свою комнату и наложила заглушающие чары. Спустя несколько минут она облачилась в черный комбинезон, волосы были собраны в тугой пучок, а на ногах красовались удобные чёрные ботинки. Палочка отправилась в боковой карман, последний вздох и она тихо аппарировала.
Щелчок аппарации перенес в темный лес, где было значительно прохладнее и враждебно тихо. Гермиона быстро осмотрелась и достала палочку. Единственным шумом, который слышался –был хруст веток под ногами. Она ступила несколько шагов и почувствовала, как наткнулась на антиаппарационный барьер.
— Синьорина, вы заблудились? — хриплый голос послышался из-за спины Гермионы.
Она резко развернулась и увидела перед собой рослого мужчину, на котором была свободная серая рубашка и светлые перепачканные брюки. Грубые черты лица сразу же бросались в глаза, а длинные русые волосы были собраны в небрежный хвостик.
