Она, маркиза Рейлин Дорсет, гениальная интриганка, посадившая своего брата на трон императора!«Ты можешь быть счастлива, только когда счастлив твой брат». Эти слова, постоянно звучат в ее голове, голосом матери. Они стали девизом всей ее жизни.Она совершала всевозможные преступления, вела заговоры и подставляла людей и все для того, чтобы сделать своего брата императором. Была верна этой идее безоговорочно. Однако преданность Рейлин была вознаграждена предательством.И лишь только он, Великий герцог Виттор Ормонд, праведный враг, протянул ей руку спасения на пороге смерти.
Ощутив однажды счастье на себе в полной мере, понимаешь, что стоило бороться и так долго его ждать.
Рейлин Дорсет подошла к своему столу. Внизу ящика лежал её дневник. Она достала его и открыла на последней странице.
(8 июня, 527 год по империанскому календарю)
Восемь дней назад Рейлин исполнилось двадцать. Ещё два года до того момента, как она унаследует титул маркизы Дорсет.
У неё есть шанс. Шанс все изменить.
*****
Все, как обычно, были за столом во время завтрака. Мой брат Люциус сидел во главе стола, а наша матушка Маркиза Ираида Дорсет — рядом. Несмотря на присутствие слуг, Ираида лично присматривала за Люциусом.
Она ласково разговаривала с ним, пока он намазывал хлеб маслом или резал рыбу.
— Прошлой ночью было немного жарко, ты хорошо спал? — спросила Ираида.
— Да. С наступлением темноты температура падает, — ответил Люциус, продолжая орудовать ножом.
— Но как только встает солнце, становится жарко. Если у тебя нет аппетита, дай мне знать. Я поговорю с шеф-поваром, чтобы он приготовил твое любимое блюдо — зимний дынный суп.
— Все в порядке, — подитожил Люциус. Одним грациозным движением он сунул нарезанную рыбу в рот. С самого детства Рейлин завидовала вниманию матери к брату. Потому что от неё такой же любви она не получала. Поэтому, желая немного приблизиться к ним обоим, она всегда садилась как можно ближе к ним. И в отсутствии Ираиды, она присматривала за братом. Помогала ему, выполняла прихоти, со временем, предугадывая их наперед. Люциус же воспринимал это как, что-то само собой разумеющееся. Даже если она сама понимала, что не должна угождать брату, она убедила себя, что это её долг.
Люциус был ценен тем, что мог бы стать императором. Также он был тем, кто сделает Ираиду достойной и выдающейся личностью в будущем. Поэтому, конечно же, им будут дорожить. А вот Рейлин находилась в другом положении. Но сейчас она не интересовалась ни тем, ни другим.
Во время пыток ее давние чувства к Люциусу исчезли. А к Ираиде её привязанность исчезла еще до этого. Она знала, что её существование было для Ираиды как опухоль, похожая на покойного маркиза Дорсет.
Рейлин закончила завтрак. Она съела только хлеб и салат. У нее не было особого аппетита. Кроме того, ей хотелось поскорее выбраться отсюда, чтобы проверить сложившуюся ситуацию.
Лосось Меньер, приготовленный в качестве основного блюда на завтрак, даже не был поставлен перед ней.
Когда она вытерла рот и встала, Ираида резко сказала:
— Твой брат еще и половины не съел, а ты уже встаешь?
Только тогда Ираида поняла, что Рейлин сидит не рядом с ней, как обычно, а в отдаленном кресле. Её красивые глаза округлились.
В прошлом Рейлин извинилась бы, но не сейчас.
— У меня нет особого аппетита. Кроме того, ты всегда говорила мне, что я должна немного похудеть, — спокойно сказала Рейлин.
В детстве, когда ей не было и десяти, она была пухленькой. Ираида всегда говорила ей, что она слишком толстая и слишком много ест. Что она должна есть мало, как птицы, чтобы поддерживать свою фигуру. Из-за этого у Рейлин, в то время, развилось расстройство пищеварительной системы. Но разве это волновало её мать, она не упускала случая, напоминать, что ей нужно похудеть. Даже если, в последствии, Рейлин питалась ради того, что бы её тело не выглядело как «кожа, да кости».
Ираида рассердилась:
— Но ты должна соблюдать приличия за столом.….
— Сегодня я хотела бы посетить храм за городом. Это нормально, брат, если я уже пойду? — повернувшись к брату объяснилась Рейлин. Она попросила у Люциуса разрешения выйти, так как была уверена, что Ираида ей его не даст. Таким образом, Рейлин также избежала её упреков. Единственное, что заботило Люциуса в Рейлин, — это ее умение служить. Он не заботился о ней как о младшей сестре, ему было все равно как она проводит время.
Ираида была готова взорваться, но остановилась, когда Люциус медленно открыл рот:
— Все в порядке, можешь идти.
— Спасибо, брат, — сказала Рейлин, заставляя Ираиду переосмыслить слова, которые она только собиралась ей сказать. И тут же, с легкой улыбкой и сияющим голосом Ираида сказала:
— Как ты можешь быть таким внимательным? Ты даже думаешь о своей сестре…
У Рейлин было много дел, и её не волновало чем закончится разговор. Когда она вышла, к ней быстро подошла служанка Эйла.
— Миледи, вы опять плохо поели? Почему вы так быстро закончили? Обычно вы….
— Эйла.
Рейлин уставилась на Эллу. Она почувствовала легкую ностальгию. Эйла была её первой личной горничной. Она была проницательной и преданной, но из-за этого её отравили перепутав с Рейлин. Она скучала по ней.
«…».
— В чем дело, Миледи? — удивилась горничная.
— Ничего страшного.
Не зная, что сказать, Рейлин просто повернула голову, пытаясь скрыть радость от встречи.
