— папе пора начать важные вопросы обсуждать со мной — постаралась со строгаюсь проговорить, но все ровно была счастлива — а не принимать все решения единолично.
— просто папа — вмешался Тим — мужчина и не должен взваливать на любимые хрупкие плечи проблемы, тем более он должен держать свое слово, а я пообещал тебе еще пятерых.
Тим подмигнул мне и пошел на кухню, а я даже не знала плакать или смеяться от его настроя. А сын стал расстилать по всему полу пеленки, увидев мой удивленный взгляд сын пояснил, что так посоветовал сделать ветеринар, потом с ростом щенка сокращать количество пеленок, а дальше и вовсе их убрать, когда он будет уже приучен к улице. Щенок и правда был очень милый и забавно бегал, я отвлеклась от отчетов и следила за ним, и ловила себя на мысли, что широко улыбаюсь, наверное все-таки щенок это хорошая идея. Мишка переоделся и стал накрывать на стол, а Тим сначала присел возле меня.
— я так рад, что ты улыбаешься, моя Сказка — поцеловал меня в висок — наверное это самое главное знать, что у твоих близких все хорошо.
— но это не честно на твою маму вешать еще и собаку
— мы с Мишкой будем ей помогать, честно-честно — и такой заискивающий взгляд, что я не выдержала и рассмеялась.
— иди переодевайся и пойдем кушать, мама сегодня приедет поздно, она встречается со своей старой подругой.
— да, мама звонила — он меня поцеловал и ушел наверх, а я снова погрузилась в работу.
После ужина Мишка быстро сделав уроки с отцом, стал играть с щенком придумывая ему имена, а я стала снова тренировать свои ноги, мне уже не терпелось начать на низ стоять, и я упрямо шла к своей цели, Тим сидел за работой, но мне кажется, он смотрел больше на меня, чем на рабочие документы, и в его взгляд наполненный гордостью, придавал мне еще больше сил и уверенности, что у меня все получиться.
Когда вернулась Анна Викторовна, она обрадовалась собаке.
— всю жизнь мечтала о собаке, но у Николая Степановича аллергия
— дедушка не будет больше ко мне приезжать из-за Джефа?
— будет конечно, просто лекарств побольше привозить с собой ему придётся. — успокоила бабушка любимого внука.
Мы еще немного побыли в гостиной, но позже Мишка ушел спать, а Тим унес меня сначала в уборную комнату, где уже меня ждала наполненная ванная с ароматом лаванды, который тонко обволакивал всю комнату и от этого стало так легко и спокойно.
Тим посадил меня на тумбочку, где хранились чистые полотенца, и начал медленно глядя мне в глаза расстёгивать пуговицы моей блузки, покрывая поцелуями открывающиеся от одежды, участки тела, а я просто таяла в ответ, перед тем как приступить к стягиванию, моих брючек, он опустился на колени передо мной и так же медленно приступил, так и не разъединяя нашего зрительного контакта, закончил он процесс моего раздевания, легкими поцелуями на пальчиках ног. А потом встал и подхватив меня заботливо отпустил в ванную, затем сам быстро разделся и присоединился ко мне.
Прижав меня к своей груди, Тим дотянулся до мочалки и выдавив на него немного мыла, стал с необыкновенной нежностью намывать мои плечи и грудь, а я уже горела в огне страсти и желания к своему мужчине, я чувствовала, как Тим тоже меня хотел, но он лишь что-то рассказывал заботливо меня намывая, а я не могла сосредоточиться на словах, я слышала только его учащённое сердцебиение и чувствовала руки, которым я хотела полностью отдаться. Тим пересадил меня лицом к себе и начал порхать мочалкой по спине, а я уже была на взводе и сделав над собой усилия, пересела так, что он оказался во мне.
— пожалуйста, Тимош — умоляюще посмотрела ему в глаза и потянулась к его губам.
Тиму больше не надо было что-либо говорить, он понял меня и как всегда осуществил все мои желания и мечты. Каждым своим взглядом, движением и касанием он давал мне понять, как я ему нужна и как сильно он меня любит.
Уже лежа в кровати, Тим переплел наши пальцы рук вместе и прижал меня еще ближе к себе. Я слушала, звук его сердца, это была музыка, музыка моего личного счастья, которую я готова была слушать постоянно.
— Лизавет, через две недели благотворительный ужин, я хотел бы пойти туда с тобой — проговорил мне в волосы, а потом заглянул в глаза — это будет важный вечер, даже мой папа приедет, и я хочу чтобы моя прекрасная невеста была рядом со мной.
— Тим, но как ты себе представляешь? Зачем я там в своем кресле.
— Лизонька, ты всегда прекрасна, и то что ты в кресле это не важно, главное ты будешь рядом — он на минуту прикрыл глаза, а потом открыв их снова сказал — но если ты откажешься, я пойму, правда пойму.
— я подумаю, Тим. Мне нужно время.
— хорошо, любимая, у тебя есть пару недель. А теперь спи сладко — прошептал мне в ушко и нежно поцеловал в уголок губ.
