Спохватившись, я также вспомнила про бинты, которые понадобятся для перевязки и, осмотрев рубашку Сольгера, сочла, что та вполне сгодится, не считая, конечно, разорванного окровавленного рукава. Конечно, лучше было бы взять чистое полотно, но бродить по дому в данном случае я бы не решилась, да и подозревала, что мужчина бы меня не отпустил.
Стоит отдать парню должное: экзекуцию по обработке раны он выдержал стойко. Шипел, конечно, и тихо ругался сквозь зубы, но терпел и не дергался. Но вот как он перенесет зашивание, я не представляла. Вспомнила, как видела в каком-то фильме, что раненому засовывали между зубов деревяшку, а самого держали по рукам и ногам. Что ему делали, я, правда, не помню, но само зрелище наводило на невеселые мысли. Я покосилась на пациента и тяжело вздохнула. Держать его по рукам и ногам точно не кому, а предлагать деревяшку я, пожалуй, поостерегусь. Да и где сейчас искать эту самую подходящую деревяшку?
Я заправила нить в иглу и повернулась к раненному.
- Ну что, Сольгер-аха, начнем!
Он посмотрел на иглу в моих руках, на меня, снова на иглу и снова на меня.
- Лейла, может не надо? - Наконец произнес он.
- Надо, Федя, надо! - Как можно увереннее проговорила я крылатую фразу из советского кинематографа.
- Федя? - Удивляется подопытный.
- Не обращайте внимания, Сольгер-аха. - Отмахиваюсь я. - Вам придется потерпеть. Вот, держите.
Я протянула ему настойку и чистое полотенце. Он покосился на подношение и попробовал-таки отказаться от операции.
- Лейла, а ты вообще когда-нибудь подобное уже делала?
- Конечно! - Уверенно заявляю я. - Неделю назад помогала нашему лекарю зашивать Кириму ногу, которую он умудрился сильно пораниться. - И да простит меня за ложь бедный Кирим и не менее бедный Сольгер.
- А может все-таки не надо? - Предпринимает несчастный последнюю попытку отказаться.
- Надо, Сольгер, надо! - Больше для себя, чем для него говорю я. Потому что уже решилась, а уж если я решилась, от моей помощи не убежит никто! - Пейте! - И снова протянула ему бутыль со спиртным.
Но самым странным, даже невероятным для меня стало то, что он меня послушался и таки решился на операцию в моем исполнении. Как он решил довериться такой малявке, как я, не понимаю! Но факт остается фактом. Он взял у меня бутылку и, сделав большой глоток и поморщившись, спросил:
- А полотенце зачем?
- В зубы засунете, если очень больно будет. Жуйте его, рвите, главное не кричите, а то весь дом сбежится. - Уже сосредоточившись на ране, говорю я ему.
-Ну, с Богом. - Шепчу уже себе я и начинаю операцию.
Не знаю, как мой подопытный смог выдержать эту экзекуцию, на его лицо я старалась не смотреть, лишь слышала сдавленные стоны и ругательства, но для меня все прошло как в тумане. От напряжения по спине катился пот, я втыкала иглу в края раны, делала стежки, но не ощущала, будто все происходящее реальность. Видимо, так мой мозг спасался от нервного перенапряжения. Хорошо, что перед операцией я догадалась разрезать остатки его рубашки на бинты, потому что после ее окончания руки слушались слабо и, боюсь, что у меня элементарно не хватило бы сил ее разрезать.
Я вновь обильно намазала рану мазью и перевязав, потихоньку начала ослаблять жгут. Сразу резко его снимать, после почти полуторачасового наложения, опасно.
Тяжело опустившись на лавку рядом с парнем, я, наконец, посмотрела на лицо Сольгера. Все это время я боялась, что он может потерять сознание, однако, смотреть на него, боялась еще больше, потому что было стойкое ощущение, что если я сейчас увижу его полное муки лицо, то игла просто вывалится у меня из рук, и я уже ничего не смогу сделать.
Сольгер был страшно бледен и тяжело дышал, волосы прилипли с вискам, а в руках он держал изрядно пожеванное и потрепанное полотенце. Видно было, что он еле сидит.
- Сольгер! - Позвала я его, и он сфокусировал свой помутневший взгляд на мне. - Ты молодец! Слышишь?
Его губы искривила еле заметная улыбка. Но он промолчал.
- Тебе нужно прилечь. - Сказала я прописную в данном случае истину. - Но здесь, на кухне, негде. Если только на стол.
- Не нужно, Лейла. - Еле слышно проговорил он. - Мне все равно до рассвета нужно уйти. Я еще немного посижу и пойду.
- Да куда ж ты в таком состоянии? - Вырвалось у меня.
О том, что я уже давно перешла на "ты", как-то и не задумывалась. Сложно выкать человеку, рядом с которым только что пережил настоящее нервное потрясение.
- Ну, выбор у меня небольшой. - Ответил на это парень.
- Да, ты прав. - Не могла не согласиться я. А потом меня осенило. - Я сейчас отвар укрепляющий заварю и чай сладкий тебе сделаю, чтобы кровь быстрее восстанавливалась!
Не скажу, что усталость, как рукой сняло, однако, я нашла в себе силы встать и заняться делом. Сбор трав для укрепляющего отвара мы покупали у той же знахарки и пили, когда кто-то подхватит простуду. Однако, думаю, сейчас он точно не помешает.
Пока отвар отстаивался, я напоила Сольгера сладким чаем. Эх, жаль шоколада здесь еще не придумали, а вернее не нашли какао бобов.
