Из кабинета выскочил Вилен, просеменил на кухню и забубнил, успокаивая любителя жюльена. Денис с интересом наблюдал за поваром, пытавшимся стащить с головы кастрюлю. На днище имелась вмятина, по размерам совпадающая с кулаком Ортопеда.
– Как в Лондоне на бирже, да, Олегус? – произнес Рыбаков, обращаясь к Садисту.
– Напичкать* кашевара за такие дела надо, – предложил кровожадный Горыныч.
Садист от хохота сполз под стол.
Повар наконец справился с кастрюлей. Вскрики Ортопеда становились глуше и реже, видно, Вилен нашел подходящие аргументы. Скандал угасал.
– Скукота, – сказал Денис, – даже зеркало не разбили…
В дверях появился Комбижирик с полиэтиленовым пакетом в руках. В его очертаниях угадывались тугие пачки денег.
– Во, – пакет грохнул об стол, – семьдесят бакинских, остальное рубли…
– А в общем? – спросил Денис.
– Сто восемьдесят…
– Молоток, – одобрил Садист. – Твоих, Динь, двадцать процентов… Это будет…
– Тридцать шесть. Лучше зелеными.
– Без базара, – цепкие пальцы Садиста выдернули из пакета пачки долларов и мгновенно отсчитали положенную сумму. Как с пистолетом, так и с твердой валютой Садист управлялся виртуозно.
Из кухни явился Ортопед, молча пробрался на свое место и потянул к себе блюдо с закусками.
– Так, – Садист наморщил лоб, – по сорок на команду, остальное в общак…
– Я тоже хочу в общак, – неожиданно заявил Денис.
– Нас Антон прибьет за такие шутки, – серьезно сказал Садист, – скажет, что мы уже и на тебя наезжаем.
– Это дискриминация. Если все – в общак, то и я, – не унимался Денис.
– Мы за тебя отгрузим, – вмешался Паниковский.
– Я не маленький, – Дениса несло, – сколько дел полезных можно за мою долю сделать. Толяну в его борьбе с сектами помочь, Антифашисту голову очинить в Штатах, в хорошей клинике. Да наконец, Гугуцэ отправить на курсы начинающих поэтов…
– Не надо Гугуцэ к поэтам, – Ортопеду стало обидно за друга, – лучше передай мне кетчуп…
Домой Дениса отвозили Ортопед с Горынычем.
Он развалился на заднем сиденье, прикидывая, что можно купить в подарок жене. Организм упорно отказывался от интеллектуальных изысков, бросив все силы на переваривание пищи. Довольный Горыныч раздобыл в ресторане огромную сигару и дымил ею, умиротворенно посматривая по сторонам.
После КПП у въезда в город на красном сигнале светофора рядом с “ниссаном” пристроился снежно-белый “вольво”. Горыныч доброжелательно посмотрел на водителя, мужчину номенклатурной наружности в строгом костюме.
Загорелся желтый сигнал.
– Бросай курить, вставай на лыжи! – Водитель “вольво” приветливо, с улыбкой, махнул рукой. Горыныч чуть не проглотил сигару.
– Я тебе щас дам – вставай на лыжи*! – Даниил высунулся наполовину из окна и попытался достать противника кулаком. – Стой, тебе говорят!
“Вольво” резко рванул вперед.
– Гони! – Ортопед резко вдавил педаль газа, Дениса швырнуло на дверцу, он ударился локтем и зашипел. Вездеход обошел автобус и стал приближаться к “вольво”. Горыныч лихорадочно шарил под сиденьем и через полминуты извлек бейсбольную биту.
– Прижимай его!
– В городе сложно! – Ортопед вцепился в руль, не сводя горящих глаз с автомобиля обидчика. Машины неслись со скоростью далеко за сто километров в час.
– Блин, пушки нет! – Горыныч сунулся в бардачок.
“Швед” увеличил скорость.
– Уйдет, Глебушка, у “Студера” мотор втрое! – радостно заорал сзади пришедший в себя Денис.
“Ниссан” нагнал “вольво” и почти поравнялся с ним. Горыныч, как робот из жидкого металла, скользнул в окно до пояса и врезал битой по багажнику беглеца. Брызнули осколки заднего фонаря. Противник прибавил скорость и попытался спрятаться за “Волгой”. Горыныч вывернулся немыслимым способом и проорал в лицо водителя “Волги”:
– С дороги, блин!
Несчастный, внезапно увидев в окне такую харю, резко нажал на тормоз. Болтающийся, как цирковой наездник, Горыныч схватился за голову – стойка кузова “Волги” весьма чувствительно проехала ему по затылку. Утешало лишь то, что в зад вставшей машины на полном ходу въехал серый “Москвич”.
“Вольво” свернул к новостройкам.
“Ниссан” перепрыгнул через бордюр, расшвыривая комья грязи, пронесся по газону и выскочил на асфальт. Горыныч решил не возвращаться в салон и торчал из джипа наподобие лихого кавалериста, размахивая битой. Идущие по обочине люди бурно реагировали на такой сюрреализм и живенько освобождали проезд.
– Перехвати руль, я с крыши достану! – завопил Ортопед и полез в свое окно, волоча омоновскую дубину. Денис в ужасе перегнулся вперед и схватился за баранку. Благо “патруль” был набит электроникой, и Ортопед успел включить “круиз-контроль”*.Ноги экс-водителя мелькнули в проеме окна, и Рыбаков буквально впрыгнул на переднее сиденье.
– Давай жми! – донеслось сверху через полуоткрытый люк. – Братан, я иду! – Это уже относилось к Горынычу.
