Шараф-наме. Том I полностью

После двадцати пяти лет правления /241/ он добровольно отстранился от того достойного дела и поставил вместо себя, эмиром зраки, своего сына Думан-бека. Два года спустя вместе с эмирами Курдистана [Думан-бек] был убит кызылбашами в местечке под названием Чилдыр во время похода на Шиован. Через ход после гибели своего сына Думан-бека Йа'куб-бек отбыл в мир будущей жизни. Думан-бек оставил двух сыновей по имени Мухаммад-бек и 'Али-бек.

Когда его отец удостоился в 986 (1578-79) году мученической смерти, благодаря заботам своего деда Йа'куб-бека он в пятнадцатилетнем возрасте заступил место отца. Несмотря на молодость, он ревностно взялся за дела власти и правления и вызвал зависть [себе] подобных. Могуществом и [высоким] положением превзошел он своих отцов и дедов.

Мухаммад-бек курдаки, побуждаемый старинной враждой и наущениями Шамсаддина Катхуда из Хазо, который был связан с ним узами родства, воспылал к нему ненавистью. [Под влиянием] дьявольского наваждения и личного тщеславия взбунтовался он, подобно огню, предал разрушению и сожжению некоторые из поселений и местностей Дарзини и причинил тем районам громадный ущерб. Мухаммад-бек со своей стороны повелел нескольким своим двоюродным братьям и сторонникам устранить ту смуту, препоручив [им] защиту, своих границ и рубежей.

Так случилось, что Мухаммад-бек по своему обыкновению вторгся в его пределы и между ними произошла битва. Сраженный блестящим копьем и кровожадным мечом, Мухаммад-бек низринулся во прах гибели. Когда его раненого вынесли с поля брани, он был при последнем издыхании. Его отвезли в крепость Курдакан, /242/ а через день он препоручил душу ангелу смерти. Мухаммад-бек б. Думан-бек после расправы с теми из своих ага, что явились зачинщиками смуты, завладел их имуществами и богатствами и обрел полную независимость [власти]. Ныне, в 1005 (1597) году, безраздельно и беспрепятственно он надлежащим образом управляет теми районами. Ссылаясь на родственные связи с родом правителей Хазо, пожелал он с помощью правителя Джезире эмира Шарафа отстранить Мухаммад-бека, сына Хизр-бека, от управления Хазо и назначить в Хазо правителем Баха'аддин-бека, сына Мурад-хана. Но выполнение такого важного дела оказалось ему не по силам, и это [лишь] вызвало у него стыд и смущение перед равными. Поскольку он еще молод, [можно] надеяться, что всевышний господь [не оставит его своею] милостью и наделит [его] достоинством и верностью. Стихотворение:

Выше было начертано пером повествования, что один из потомков Шайха Азраки по имени Хабил явился для завоевания крепости Дарзини. Его сын Кабил вступил с дочерью Кабила (?) в сожительство, и у нее появился сын. Стыдясь [содеянного], она не пожелала, чтобы о том узнал отец, и отослала своего сына в Курдакан. Эмиры Курдакана происходят от того мальчика и приходятся эмирам Дарзини двоюродными братьями.

У эмира Насира Курдакани с эмирами Дарзини шли постоянные споры из-за деревни Минар[770], расположенной между Дарзини и Курдаканом. Которая из этих двух сторон оказывалась сильнее, та и завладевала упомянутой деревней, /243/ пока Шах Кули-бек Дарзини не отправился к порогу султана Сулайман-хана и не получил августейшую грамоту, подтверждавшую, что деревня Минар относится к вилайету Дарзини.

Когда об этом прослышал Насир-бек, вспыхнуло в очаге его груди пламя гнева и возгорелся он жаждой мести. Без промедления с отрядом своих слуг отправился он, чтобы убить Шах Кули-бека в любом месте, где бы тот на пути из Стамбула ему ни попался. Так случилось, что в местечке Болу настиг он [Шах Кули-бека], который, уладив свои дела, возвращался [домой]. После встречи меж ними завязалось сражение. Вместе с несколькими составлявшими его свиту нукерами Шах Кули-бек был убит. Когда о происшедшем узнал мирлива[771] Болу, он собрал местную знать и население и напал на Насир-бека. Вместе с тридцатью из своих мулазимов [Насир-бек] был захвачен в плен. У подножия трона — прибежища халифата — доложили про истинное положение его дел, и вышел из обиталища величия [непререкаемый], как судьба, указ казнить Насир-бека и слуг [его]. С тридцатью соучастниками он был повешен на придорожных деревьях в назидание другим бунтовщикам. Стихотворение: