Кстати, этот товарищ Тихомиров и в Кишкино заехал. То есть сначала в Грудцино, где «имел долгую и интересную беседу» с артельщиками «имени Чкалова», а затем — видимо получив указания по требуемому направлению движения — и в Кишкино приехал, причем по мою душу. И мне сказал, что американцы подали протест против «нелицензионного» производства «американских зажигалок» артельщиками. Причем сам этот товарищ против выпуска зажигалок ничего не имел, поэтому ко мне он заехал на предмет что-то придумать, чтобы выпуск зажигалок (очень, как оказалось, советским людям нужных) не прекратился. Вот только приехал он не в самое лучшее для разговоров время: Маруся все-таки отыскала, куда мама от нее сахар прятала (так как полное отсутствие яиц в рационах нашей семьи ее уже сильно напрягать стал), и я теперь пытался этот сахар с пола как-то собрать, так как сестренка просто банку, стоящую на верхней полки буфета, опрокинула.
Собственно, по этой причине я Виктору Васильевичу ответил… я ему посоветовал просто послать американцев в задницу, а если они туда идти не захотят, то еще и иск им за диффамацию выкатить, так как артель имени Чкалова, в полном соответствии с условиями капитуляции, зажигалки делает не американские, а австрийские, еще двадцатых годов, которые перед войной и в самой Германии тоже производились. И рекламу которых наверняка в довоенных журналах и газетах отыскать будет совсем нетрудно. А Виктор Васильевич, выслушав мое пыхтенье, просто помог мне с сахаром разобраться, посмеялся, еще раз переспросил, уверен ли я насчет австрийского происхождения знаменитой зажигалки и убыл, отняв у меня всего-то минут пять. Зато спустя неделю ко мне приехали грудцинские артельщики, в торжественной обстановке (они с собой захватили пряников килограмма полтора и две жестяных коробки с чаем, а еще и песка сахарного чуть ли не полпуда к подарку добавили) приняли меня «почетным членом» в свою артель. Потому что из обкома им пришло распоряжение «увеличить производство зажигалок раз в десять», а к распоряжению прилагалось требование предоставить в обком список необходимого для выполнения распоряжения оборудования, которое артели обком собирался предоставить «в бесплатную аренду». Ну да, когда в стране со спичками проблемы, зажигалка становится предметом первой необходимости. А так как кремешки для зажигалок были просто отходом в производстве присадок к высококачественным сталям и с ними в обозримом будущем дефицита наблюсти ну никак не выходило, то обеспечить артель станками было более чем разумно…
Неразумным оказался лишь «несъедобный» подарок от артельщиков: они «догадались» мне подарить теперь зажигалку, целиком из серебра сделанную. Красивую, слов нет — но вот пользоваться ей было страшновато: она нагревалась с такой скоростью, что мало что от нее даже прикурить с трудом люди успели бы, так из нее горящие пары бензина изо всех щелей уже через пару секунд бить начали! Хорошо еще, что вручение мне этого сувенира во дворе состоялось, а то бы дом спалили. Но председатель артели сказал, что зажигалка эта — как орден. То есть в хозяйстве орден вроде как и не нужен, но его наличие сильно повышает статус обладателя. Сказал, зажигалку открыл, вытащил из нее ватку и отдал мне в уже «неработоспособном состоянии». Ну что, сувенирчик действительно получился забавный…
Двадцать первого июня сорок шестого года в Ворсме состоялся «рабочий праздник», а если точнее, то сразу три праздника. Первый был посвящен созданию по распоряжению Горьковского областного управления местпрома на базе «трех заводов» нового, теперь уже единого «Ворсменского комбината энергетического машиностроения», что было событием давно уже назревшим, так как заводы эти уже не первый год продукцию свою выпускали строго совместно. То есть не просто «одно производство дополняло другое», а, например, на генераторном в инструментальном цехе изготавливались некоторые лопатки для турбин, чтобы «мощности не простаивали», на турбинном много деталей для котлов изготавливалось, да и на котельном рабочие часто просто «сверхурочно» на турбинном и генераторном работали, чтобы какие-то электростанции «сверх плана» изготовить. Вторым событием, которое действительно стоило отметить, был выпуск тысячной «малой электростанции», которая — ну совершенно случайно, конечно же, оказалась пятидесятой мощностью в полмегаватта, изготовленной для Пьянского Перевоза. Конечно, тут руководство заводов слегка сжульничало: не посчитали совсем уже маленькие агрегаты на двенадцать киловатт, а на турбинном задержали с отгрузкой дюжину электростанций на сто двадцать пять киловатт — но ведь это было сделано, чтобы людям больше поводов для радости дать, так что все и радовались, тщательно не замечая «мелких хитростей».
