— И это тоже значит, но главное, это значит, что мегаватт тепла, получаемого в топке, идет не на электричество, а на нагрев воды в холодильнике. Литр воды в киловаттном чайнике вскипает за пять минут, а в мегаваттном чайнике за пять минут вскипает уже кубометр воды. В нас в пруду меньше шестисот кубометров. То есть пруд весь вскипит через двое суток работы электростанции. Ну, помедленнее все же, тут вода еще и испаряется — но мы же никуда не спешим?
— Вовка, а раньше ты этого сказать не мог?
— Не мог, я физику только сейчас учить начал. Но кое-что выучил — вот и говорю.
— Мужики, у меня дядька в Сормово делал паровозы до революции, конденсаторные, там, думаю, конденсаторы делать еще не разучились. Закажем, сюда поставим — там же паровозы были по семьсот пятьдесят лошадей, даже чуть помощнее нашей станции…
— Дядь Иван Кузьмич, ты глупости-то не говори. Воздух греть — это, конечно, дело благородное, но есть варианты и поинтереснее. Вот, допустим, у нас в доме стоит водяной котел и батареи чугунные — и в доме всю зиму тепло, хотя печей уже вовсе у нас нет.
— Так это у тебя, да и у Натальи моей, а у всех-то…
— А я тут краем уха слышал, что следующим летом почитай все в деревне решили новые дома строить. И если вместо котла на электростанции поставить теплообменник, и по деревне трубы проложить, в которых горячая вода потечет, то всю деревню можно будет без дров отапливать.
— Так это только зимой…
— А летом еще по другим трубам качать воду из водопровода взятую, и эту другую воду в отдельные краны пустить. Дома всегда будет горячая вода, что зимой, что летом — будем жить лучше, чем в Москве какой-нибудь!
— А трубы-то в копеечку…
— А конденсатор в Сормово нам Христа ради бесплатно сделают? И насчет труб мы с павловским трубным завсегда договоримся, а с сормовцами я договариваться не возьмусь…
— И то верно. Но все же нужно будет сперва копеечку-то прикинуть…
— Кидайте пока. А пока кидаете, есть мнение, что если сюда, на электростанцию, пока воткнуть генератор с турбиной, которые от второй домны остались, то пруда этого для охлаждения хватит. Тогда только новый котел небольшой сделать придется…
— Так ведь и первый только зимой пускаем!
— Запас карман не тянет, а если все домов себе понастроят двухэтажных, то сколько еще лампочек включать потребуется? Эту-то станцию для чего строили?
— Сразу видно: не зря товарищ Сталин тебя своей премией наградил! Однако сдается мне, что все это слишком дорого встанет, не потянем мы такое: все же по всей деревне еще две трубы проложить…
— По четыре: нужно же воду остывшую и обратно возвращать. Но это не страшно: у меня еще от премии денег немало осталось, решим финансовый вопрос.
— Василий, — обратился наш «главный кочегар» к отцу (станцию в воскресенье пускали, все мужчины на запуск собрались, и мои родные тоже), — ты чего сыну позволяешь обещания такие людям давать?
— Премию-то он получил, пусть и решает, на что ее потратить. Давеча вот он потратил — и у нас что кирпич, что цемент в достатке…
— Тоже верно. Но тогда мы тоже деньги-то от Шарлатана возьмем, но в виде займа. Поставим плату какую за тепло и воду горячую, и отдадим обратно. Не сразу, но точно отдадим, все до копеечки. Я тогда Наталью попрошу с трубачами договориться…
Тетка Наталья с павловскими трубоделами договорилась, но суммы там действительно получились такие, что деревенские их сразу бы не осилили — так что я все остатки с премии на закупку труб и отдал. Но деньги отдать — это дело недолгое, а вот сделать трубы быстро не получается, все же нам на заводе их делали «сверх плана», причем очень напряженного. Но сделали, где-то к концу октября все сделали. Однако в сорок шестом их просто привезли и сложили в специально выстроенном сарае: действительно, в избы все эти коммуникации было тянуть некузяво, а за лето почти все жители деревни успели запастись кирпичом для будущего строительства, прочие стройматериалы закупили (кроме цемента, но и о нем заранее с местными заводиками договорились). Правда, чтобы деревенских на такой подвиг подтолкнуть, я еще с нашим архитектором очень плотно пообщался — и он составил проекты совершенно новых и «необычных» для Нижегородья сельских домов. И только когда я принес в деревню «красивые картинки», народ проникся и загорелся грядущими перспективами: красивые «таунхаусы», стоящие не посередине участка, а по его краю, позволяли новый дом строить, старый заранее не снося — то есть вопрос «а где жить пока новый дом строится» получил очень устраивающий всех ответ. Но все это строительство намечалось на весну и лето уже года сорок седьмого…
Ну а караси поселились в нашем пруду и в большом аквариуме, который Надюха приволокла откуда-то в школу. А школьная библиотекарша достала еще дореволюционную книжку про аквариумных рыб, а которой подробно расписывалось, как в аквариумах карасей разводить. Понятно, что в книжке было написано про золотых рыбок, но ведь они были тоже карасями…
