А «зимний стойловый сезон» для меня и тетки Натальи начался с поездки в Горький. И поехали мы с ней в город по железной дороге: несмотря на войну, движение поездов из Павлово в Горький шло по довоенному расписанию, разве что на линии теперь бегал единственный паровоз, причем даже не дореволюционный, а вообще из девятнадцатого века. Но несмотря на древность, бегал он очень шустро и в одиночку успевал выдерживать расписание. Мне какой-то попутчик, сам, вероятно, железнодорожник, рассказал, что эти паровозы до революции были чуть ли не самыми быстрыми в России, а уж с двумя вагонами он мог и до ста двадцати километров разогнаться. Ну, не знаю, может и мог, и вполне возможно, что и разгонялся: вагон мотало иногда так, что мне двумя руками за скамейку держаться приходилось. Но и на Казанском вокзале мы оказались «точно по расписанию», без нескольких минут восемь — а чтобы не сидеть в углу на скамейке и не трястись в ожидании визита в Кремль, мы с теткой прошлись по Сердловке, на людей поглядеть и содержимое магазинов поизучать. Ну, поизучали: товарное изобилие, естественно, пропало, а то немногое, что еще в продаже оставалось, продавалось только по карточкам. Причем исключительно горьковчанам, все приезжие могли смело идти боком. Без карточек только книги и газеты продавались, еще чернила (в брусках, ализариновые, их потом нужно было самостоятельно в воде разводить) и карандаши — но карандаши в продаже были только простые, «химические» и красно-синие. Я себе четыре таких карандаша купил (то есть красно-синих), и не купил больше только потому, что тетка сказала, что на обратном пути мы снова сюда же зайдем и купим в магазине карандаши вообще все. С тетрадками оказалось хуже, их тоже только по карточкам продавали. То есть если бы они в продаже были, то и продавали бы по карточкам…
Еще мы зашли на рынок — но и он на тетку произвел удручающее впечатление. Там продавали исключительно грибы, в наших местах именуемые «черным груздем». Ну, в принципе да, эти до самых морозов в лесах росли, хотя не особо и густо — но тетку не сами грибы в тоску ввергли, а цены на них. Впрочем, покупать они грибы точно не собиралась, а цены — с ними все и без посещения рынка понятно было. А в продуктовых магазинах (которые мы тоже посетили, исключительно в качестве туристов, обозревающих местные достопримечательности) тетка обратила внимание лишь на то, что даже соль — и та по карточкам продавалась. Тоже в принципе понятно, ведь ее в города возить нужно было, а теперь все дороги железные военными грузами заняты, не до соли сейчас…
В здание обкома мы пришли все же задолго до назначенного времени и больше получаса просто сидели в приемной. А потом нас вызвали — и мы оказались в кабинете второго секретаря товарища Киреева. Кроме нас туда же пригласили еще кучу народа, среди которого я заметил и Павловского военкома — а дальше все пошло примерно так, как я и ожидал. Не совсем, конечно, так, но в целом…
Сначала Сергей Яковлевич поздравил тетку Наталью и вручил ей медаль «За трудовое отличие»: оказывается, она не только в Кишкино всем заправляла, но и в окрестных деревнях много чем занималась. И, в частности, организовала пошив военной формы в объемах, достаточных для обмундирования всех мобилизованных мужчин района. То есть сельские тетки по домам все это шили, а она потому и носилась как угорелая по деревням, что развозила нитки, ткани, пуговицы и отвозила все пошитое уже в райвоенкомат. И мне стало понятно, почему ей военком бензин «в любых количествах» выдавать решил. Еще тетке передали одну медаль уже для моей мамы: оказывается, мама, занимаясь с более чем полусотней детишек, «высвободила для работы на благо страны» почти столько же трудоспособных женщин. Одна высвободила (судя по всему, тетка Наталья просто не стала кому-то рассказывать, что матери полдеревни помогали. Ну, не полдеревни… но да, работала мама с раннего утра и до самого позднего вечера). А напоследок и меня наградили — и, как я понял, именно поэтому все награждение и провели именно в горкоме, а не в канцелярии райсовета. Конечно, Героя соцтруда мне не присвоили, и ордена никакого не дали. И даже медаль пожалели, а просто вручили почетную грамоту от имени обкома партии. Но это вручение сразу две каких-то тетки (как я понял, из газет) обфотографировали со всех сторон, а после того, как процедура закончилась и нас всех из кабинета выперли, эти тетки бросились (обе сразу причем) брать у меня интервью.
