Люди в черном двигались молча: ни разговоров, ни случайных возгласов. Бойцам не требовалось уточнять действия: операция была разработана до мельчайших деталей, каждый знал свою задачу и занимал определенную позицию. Командир отряда распахнул входную дверь, и спецназовцы один за другим проскользнули внутрь; офицер последовал за ними.
Бойцы быстро пересекли холл и рванули вверх по лестнице. Они бежали по ступенькам, синхронно переступая ногами, словно группа танцоров в театре-кабаре. Оказавшись на площадке четвертого этажа, отряд свернул в длинный коридор, промчался по нему рысью и остановился возле офиса частной охранной фирмы Эй-би-си. Спецназовцы выстроились плотной цепью. Второй с краю парень вытащил тяжелый молот с короткой ручкой, укрепленный в специальном держателе на спине у номера первого. Тот мгновенно отступил в сторону. Спецназовец взмахнул молотом и одним сокрушительным ударом снес дверную ручку вместе с замком. Дверь с треском распахнулась. В тот же миг двое его товарищей ворвались в кабинет, вскинув автоматы и положив палец на спусковой крючок.
— Полиция! Не двигаться! — крикнул один из солдат, беря под прицел правую часть комнаты, тогда как второй контролировал левую. Еще двое бойцов шагнули в помещение следом за ними; эти были вооружены автоматическими пистолетами, держа их прямо перед собой в вытянутых руках.
В кабинете находилось трое сотрудников Эй-би-си. Джордж Марлоу расположился на кушетке справа от входа, пристроив на коленях раскрытый ноутбук. Кейон Декстер стоял у окна и, засунув руки в карманы брюк, рассеянно глазел на здание Королевской часовни и раскинувшееся рядом старинное кладбище. Оба были без пиджаков, в белых рубашках с закатанными до локтя рукавами. Шарлин Вашингтон, секретарь, сидела за столом в дальнем левом углу кабинета. Троица ошеломленно уставилась на ворвавшихся полицейских.
— Лежать! — скомандовал командир, направляя на Джорджа свой «глок», а его напарник сделал то же, взяв на мушку Кейона. — На пол! Все на пол! Лицом вниз, руки на затылок.
Кейону и Джорджу потребовалось меньше секунды, чтобы прийти в себя от первого шока, — сказалась многолетняя солдатская выучка. Однако действовать уже было поздно. Они покорно опустились на пол и положили руки за голову. Другое дело Шарлин: парализованная страхом девушка так и осталась сидеть, уставившись широко раскрытыми глазами на ствол направленного на нее пистолета.
Теперь настала очередь двоих спецназовцев, отвечавших за взлом двери. Они вошли в кабинет, быстрыми отточенными движениями надели наручники на лежащих на полу Кейона и Джорджа, вытащили у них оружие из наплечной кобуры, а из карманов брюк — телефоны и липовые значки фэбээровцев, после чего рывком подняли обоих на ноги. Никто из мужчин не произнес ни слова. Только после того, как с этим было покончено, бойцы, державшие арестованных на мушке, сняли палец со спускового крючка и опустили автоматы.
Командир отряда, первым ворвавшийся в помещение и единственный, на ком не было черной маски, снова выступил вперед и извлек из кармана потрепанную картонную карточку с напечатанным на ней уведомлением о правах задержанных. Подойдя к Кейону Декстеру, полицейский назвал задержанного полным именем и сообщил, что тот арестован по обвинению в убийстве Роберты Хинкл в Лаббоке, штат Техас, похищении человека, использовании фальшивого значка агента ФБР. Затем, перейдя к Джорджу Марлоу, повторил обвинение, после чего зачитал обоим права.
Далее полицейский отступил назад и намеренно сделал паузу, глядя на стоящих перед ним мужчин в наручниках. Даже зная о праве хранить молчание, задержанные при аресте часто начинали болтать и выдавали компрометирующую информацию — нормальная реакция на стресс. Но только не в случае с Кейоном и Джорджем. Профессионалы, обученные держать язык за зубами, прекрасно знали: в течение нескольких часов, как только в штаб-квартире Эй-би-си узнают об аресте, налетит стая могущественных адвокатов, которые займутся их делом. Кейона и Джорджа не тревожил арест: они не сомневались, что очень скоро их выпустят под залог.
