— Ты совсем ничего не помнишь из той ночи?
— Я помню, как мы сидели в «Райских кущах» с Омари и Тамиром. Потом Ако увёл Омари. Я хотел посидеть ещё немного и тоже пойти. Дальше как отрезало.
— Сколько ты выпил?
— К тому времени не так много. Бывало больше.
— Ты уже напивался до беспамятства?
— Чтобы вообще ничего не помнить — нет. Были какие-то провалы, но недолгие. Не на всю ночь. И я обычно себя контролировал. Да и с чего напиваться? Закуска была сытная. Послушай, даже если бы я напился, я бы никогда не подарил колесо солнца. Никому. Ни за что.
— Колесо солнца, о котором я ничего не знаю. Да, я помню, — улыбнулась Сабира.
— Хорошо, что этот Вакиф оказался вменяемым и вернул мне его.
— Да, в этом тебе повезло. А теперь скажи мне, когда тебя похищала Караель, она ведь опоила тебя?
— Да, мухоморами. Хочешь сказать, что меня снова опоили?
— А ты сам до этого не додумался?
— Додумался. Но я бы всё равно не мог подарить колесо солнца, чем бы меня ни напоили.
— Может быть и так.
— Я могу поверить, что я участвовал в оргии, но не в то, что я расстался с такой ценной для нас с Оташем вещью.
— Хорошо. Тогда два вопроса. Первый. У кого была возможность тебя опоить? Второй. Кому это выгодно?
— Опоить меня мог хозяин «Райских кущ», он лично нас обслуживал. Потом Омари и Тамир. Они тоже. Хотя смысл? Нет его. Я не могу дать ответ на второй вопрос.
— Я могу предположить, что колесо солнца с тебя сняли, пока ты спал, — задумчиво проговорила Сабира.
— А как я тогда пел песни на постоялом дворе и… стоп. Что если это вообще был не я?
— Ты сейчас говоришь о Жероме?
— Это единственный мой двойник, которого я знаю. Мне немедленно нужно с ним поговорить. Спасибо за чай!
Юрген выбежал из покоев Сабиры и поспешил к архиву. Он уже даже почти не обращал внимания на косые взгляды, которые теперь преследовали его, где бы он ни появился. Конечно, никто не знал о колесе солнца, но зато все судачили о пьяных выходках визиря. По слухам Юрген вообще танцевал голым на столе.
Когда Шу спустился в архив, то Жерома он там не обнаружил. Не нашёлся он и в своих покоях, а слуга сказал, что не видел архивариуса с того самого вечера, когда Юрген выпивал с Омари и Тамиром. Всё начало складываться в единую цепочку.
Шу пошёл к Оташу, с которым так и не удалось поговорить по-человечески. Он пытался уже не один раз, но всегда скатывался на какие-то нелепые попытки оправдаться, которые даже ему самому казались неубедительными. Шоно был в своих покоях, Юрген сделал глубокий вдох и зашёл.
— А я как раз хотел тебя позвать, — проговорил Оташ.
— Ну, вот я пришёл, — ответил Шу.
— Мне пришлось созвать срочное совещание с министрами.
— Зачем?
— Ты в курсе, что тебя видел Михат?
— В смысле видел?
— Тем вечером на улице. По его словам, ты горланил похабные песни на весь город и размахивал бутылкой.
— А что там делал наш вездесущий министр просвещения?
— То есть ты не отрицаешь, что делал всё это?
— Отрицаю. Так ты поэтому созвал министров?
— Михат поставил вопрос о твоём соответствии занимаемой должности.
— Какое его дело вообще?
— Но он прав.
— Прав?
— Визирь великого шоно не имеет право так себя вести. Про тебя и так достаточно всяких слухов. Но одно дело сплетни, а совсем другое, когда тебя видело столько народу. Я молчу про колесо солнца.
— Отдать его тебе? Ты точно не подаришь его никакому купцу.
— Юрген.
— Ладно, Таш, извини. Просто ты сейчас очень сильно меня задел.
— Ты тоже.
— Прежде чем ты снимешь меня с должности, расскажи мне спокойно без нервов, что именно тебе сообщили в самом начале, а не когда слухи стали изрядно приукрашены.
— Когда ты не вернулся во дворец, я естественно забеспокоился, потому что ты любитель попадать в истории. Я знал, что ты пошёл в таверну с Омари, но он уже был дома. От него я узнал, что ты остался пить с Тамиром. Потом он рассказал, что ты выпил слишком много, что он пытался тебя вразумить, но у него не вышло. Тамир шёл за тобой по улице, где ты уже начал петь и где вы встретили Михата, потом тебе взбрело в голову зайти на постоялый двор и развлечься с местными девочками. Тамир снова пытался тебя остановить, но ты пригрозил ему пистолетом и вообще прогнал. Тогда Тамир вернулся во дворец. Ко мне он идти побоялся, но с утра я сам его нашёл, и ему пришлось мне всё рассказать. Тамир дал мне адрес постоялого двора, и я направился туда. На этом всё. Это уже потом слухи стали расползаться по Шаукару и, возможно, уже за его пределы. Количество людей обоих полов, с которыми ты провёл ночь, увеличивается в геометрической прогрессии.
— Хорошо, — Юрген вздохнул. — А теперь послушай мою версию. Только не перебивай, прошу.
— Валяй.
— Я действительно пил с Омари и Тамиром. Когда наш главный ловчий ушёл, я помню ещё максимум минут пятнадцать. Бац и я просыпаюсь в постели с двумя женщинами. Никогда в жизни я так не напивался. Вина было немного, поверь. Закуска была отменная. Да даже если я и был очень пьяный, даже если я там с кем-то и переспал, то колесо солнца я мог кому-то отдать только через мой труп.
— К чему ты это?
