— Сам я уже не всё помню, — проговорил мужчина, протягивая книгу Юргену. — Но кое-что подсказать сумею.
— Мне знакомы эти символы, — открыв первую страницу, проговорил Шу. — Думаю, с вашей помощью я точно справлюсь.
— Тогда приступим, юноша, — улыбнулся Гай.
Когда Оташ разыскал Юргена, время было уже далеко за полночь. Гай дремал прямо в кресле.
— Все пошли спать, эне, — тихо проговорил он. — Может быть, и тебе пора?
— Я почти прочитал, — ответил Шу. — И у меня появилась идея.
— Мне уже не по себе. Что за идея?
— Понимаешь, Таш, у дауров тоже есть солнечный круг.
— Серьёзно?
— Смотри, — Шу протянул другу книгу, раскрытую на одной из страниц. Рисунок, конечно, отличался от колеса солнца, изображённого на подвеске и печатке Юргена, но по сути был очень похож.
— И верно, — ответил Оташ. — А это что за дуб с женской головой? — показал он на соседнюю страницу.
— Чего? Дуб с женской головой? — Юрген рассмеялся, но заткнул себе рот, озираясь на спящего Гая, но тот не только не проснулся, но ещё и захрапел.
— Ну, а что это тогда? — спросил шоно.
— Это дух дерева. Зелёная девушка, — объяснил Шу. — Здесь написана легенда. Однажды на холме росло три дерева, и в каждом обитала зелёная девушка. Рядом стоял дом. И жил в нём отец с тремя сыновьями. Когда он умер, хозяйство поделили на три части. Старший взял себе самый большой участок, средний поменьше. А младшему вообще досталась лишь узкая полоска земли. Но младший исправно выполнял наказ отца: каждую весну он приносил и клал у подножия деревьев венки из омелы. И жил он всегда в достатке. Братья завидовали его удаче, и однажды старший решил срубить деревья. Выбрал он для этого день летнего солнцеворота. Не успел он поднять свой топор, как дерево вскрикнуло девичьим голосом. Но не остановило это брата, срубил он дерево, но оно вдруг упало ему прямо на голову и убило. Средний решил отомстить за брата и тоже отправился рубить деревья. Но и с ним приключилась та же история. После этого наделы обоих братьев перешли к младшему, а он продолжал носить венки из омелы к оставшемуся дереву на холме.
— Что они пристали к этой омеле? — спросил Оташ.
— Ну, у каждого народа свои верования, — пожал плечами Юрген. — Ты же не спрашивал, почему именно рябиновый браслет должен был защитить меня от зла? Ты принял это как должное. А здесь вот омела.
— Ладно, убедил. Но что за идея? Ты мне так и не рассказал.
— А ты не понял?
— Не совсем.
— Ты должен возглавить дауров. У тебя всё для этого есть: внешность, колесо солнца. Я отдам тебе подвеску. Проблема только с древним языком, но для этого у тебя есть я. Для пущей важности возьмём с собой Альфреда с Элинором, будто бы они твои слуги. Да и нам лишние люди не помешают.
— Признайся, ты просто хочешь в очередной раз позлить Альфреда.
— То есть про возглавить дауров ты ничего не хочешь сказать? — оживился Юрген. — Ты согласен?
— Согласен. Нам надо вернуть детей целыми и невредимыми. Ради этого я готов возглавить кого угодно, хоть духов лесных.
Утром все вновь собрались в том же самом зале за завтраком, и Юрген решил поделиться своей затеей. Не выспавшись за ночь, Шу очень хотел кофе, но после довольно плотного завтрака слуги подали чай с молоком.
— А у вас нет кофе? — осторожно спросил Юрген.
— У вас проблемы с пищеварением? — так же осторожно отозвался Бойд.
— Э…нет, — удивился Шу. — А как это связано?
— Кофе же прекрасное средство для лечения кишечника.
— Забыли, — проговорил Юрген. — Я тут кое-что придумал, и Оташ меня поддержал, — и Шу рассказал об их ночной беседе с шоно.
— Что это за колесо солнца? — выслушав его, поинтересовался Бойд.
— Это просто амулет, — соврал Юрген. — Красивая подвеска, которую я ношу. И печать у меня такой же формы, потому что мне очень нравится. Но, как я понял из книги, для дауров это больше чем просто рисунок, и мы можем этим воспользоваться.
— Мне нравится твоя идея, — задумчиво проговорил Густав. — Вот только мне не очень нравится, что я останусь безучастным.
— Кто-то должен остаться в замке и ждать нас, — возразил Оташ. — Мы должны быть уверены, что в случае чего у нас есть надёжный тыл.
— Вы так хорошо говорите на языке нортов, — проговорил Бойд. — Я ещё вчера обратил на это внимание. В Шоносаре же другой язык или я не прав?
— Другой, — кивнул шоно. — Мы говорим на языке сарби, он схож с языком амма.
— У вас почти не заметен акцент.
— Благодарю. Я с детства начал учить язык нортов.
— Прошу меня простить, что перебиваю, но нам стоит подробнее обсудить предложение Юргена, — проговорил Альфред.
— Ты имеешь что-то против? — спросил Шу.
— Вовсе нет. Но нам нужно всё обдумать и договориться о том, что именно мы будем говорить даурам. А ещё нам нужен кто-то, кто приведёт нас к ним.
— Арлин, — сказал Бойд. — Она приведёт.
— Тогда, Юрген, расскажи нам, что ещё ты вычитал в той книге, и давайте решим, как именно мы представимся даурам и что будем от них требовать, — попросил Альфред.
— Ты заставляешь меня жалеть о том, что я придумал и вас это втянуть, — ответил Шу.
— Это почему ещё? — не понял Брунен.
