— Да, — заявила она решительно. — Оказывается, ты известен тем, что сокращаешь персонал или вообще ликвидируешь компанию, приобретя ее, и отец волнуется за свое место. Возможно, он не слишком хороший муж, но могу заверить тебя, что моя мама действительно находится в частной лечебнице и он действительно оплачивает все расходы. А еще мой отец прекрасный бухгалтер. Честно говоря, я не понимаю, для чего ты пришел сюда. Мы могли бы спокойно обсудить это и по телефону.
Темные глаза, полные презрения, долго и напряженно смотрели на нее.
— Ты поражаешь меня, — наконец произнес он, и его лицо угрожающе потемнело. — Тебе и правда наплевать?
— Если ты имеешь в виду моего отца… пожалуй, — ответила она, не собираясь объяснять почему. — Ну, если это все, то тебе лучше уйти.
Не дожидаясь его ответа, Сэлли повернулась и пошла к софе. Взяв пульт, она выключила телевизор. Ей надо было что-то делать, чтобы отключиться от давящего на нее присутствия Зака.
— Да нет, еще не все, — язвительно сказал он, пугающе медленно поворачивая темную голову, чтобы взглянуть на нее. — Далеко не все, — добавил он, направляясь к ней. — Речь пойдет о немалой сумме — свыше одного миллиона фунтов, украденной из компании, и о том, как ты сможешь продолжать жить привычной жизнью, когда твой отец сядет в тюрьму.
Гордость заставила Сэлли высоко держать голову, хотя новость о миллионе фунтов и тюрьме потрясла ее. Ее отец подло вел себя с женщинами, но она никогда не думала, что он еще и вор…
— Прекрасно продолжу, — ответила она на вопрос Зака. — Вопреки тому, что ты думаешь, мой отец не дает мне ни пенса, да я бы и не хотела этого. Я не выношу его! Он — воплощение всего, что я ненавижу в мужчинах: шовинист, бабник, неверный муж. К сожалению, мама любит его, а я люблю свою маму, поэтому вынуждена цивилизованно вести себя с ним, вот и все. И что бы он ни натворил, это не имеет никакого отношения ко мне. Я уже много лет сама зарабатываю себе на жизнь и буду продолжать это делать.
— Каким же образом? — ухмыльнулся Зак. — На спине?
Сэлли с размаху ударила по его высокомерной физиономии.
— Да как ты смеешь?! — выкрикнула она. Истерический смех клокотал внутри нее. Она реагировала, как оскорбленная девственница… кем на самом деле и была.
От неожиданности его голова дернулась, и, прежде чем она успела сообразить, что происходит, он схватил ее за плечи и притянул к себе.
— Никто не смеет безнаказанно ударить меня, — процедил он сквозь зубы. — Считай; что тебе повезло. Если бы ты была мужчиной, я бы тебя уже нокаутировал. Однако существует альтернатива, — добавил он с убийственной интонацией.
У Сэлли бешено забился пульс, и она запаниковала, почувствовав угрозу. В отчаянии она попыталась его оттолкнуть, но он схватил ее за руки, пытаясь поцеловать. Сэлли стала сопротивляться, но Зак был сильнее и крепко держал ее, не позволяя ускользнуть от его беспощадного, мстительного поцелуя.
Когда он, наконец, оторвался от нее, Сэлли долго не могла выровнять дыхание, ноги были словно ватные. Она вся дрожала и, к своему стыду, поняла, что это не от отвращения, а от захлестнувшей ее чувственной волны.
Зак опустил руки. Сэлли была свободна, но не сделала ни шага, боясь, что не удержится на ногах, если сдвинется с места.
— Итак, мисс Пакстон, вернемся к делу. Как вы собираетесь выплачивать долг в один миллион фунтов плюс то, что ваш отец украл у «Вестуолд компонентс»?
— Я не обязана делать это, — сказала она, тяжело дыша. — Это не мой долг.
— Да, это так. И пусть ты не любишь своего отца и утверждаешь, что не нуждаешься в его деньгах, совершенно очевидно — да ты и сама это подтвердила, — что твоя матушка, находящаяся в дорогой частной лечебнице, нуждается в них. Если, конечно, ты не зарабатываешь достаточно, чтобы обеспечивать ее. — Он поднял бровь и сделал шаг назад, оглядывая ее с головы до ног оценивающим взглядом, словно на рынке. — Конечно, ты достаточно красива. — Он снова оценивающе взглянул на нее. — Но тебе бы не мешало поработать над собой, чтобы не доводить отношения с мужчинами до фиаско в постели.
Сэлли лишь молча смотрела на него, постигая смысл сказанного, а затем смертельно побледнела. Она знала, что сердце ее матери не выдержит, если ее муж будет объявлен вором и отправлен в тюрьму. Она не могла позволить такому случиться! Она не могла лишить свою мать медицинской помощи и комфортного содержания в частной лечебнице, сколько бы еще времени той ни было отпущено.
Сэлли всматривалась в жесткое лицо Зака так, будто никогда не видела его раньше. Неожиданно она почувствовала, что наступил предел ее терпению.
— Для информации… — Она взглянула на него с презрением. — Я работаю на полную ставку в музее, и меня вполне устраивает моя зарплата. Но не могла бы оплачивать частную лечебницу, — выпалила она.
