На следующий день Джоан почти не видела ни Беннейта, ни Джейми. Они проводили время с мужчинами, а она с дамами, обсуждая хозяйственные дела, моду и те изменения, которые появились в фасонах одежды после окончания войны. Маккрифф находился в сотнях миль от Аксмора, но, если не обращать внимания на акцент и массивные стены, можно легко представить, что находишься в Оксфордшире. За несколько недель в Лохморе Джоан успела привыкнуть к непринужденности и отсутствию формальностей.
Но самым страшным стало то, что она испытывала симпатию к леди Тессе. Она втайне надеялась, что доброжелательное поведение той на балу было лишь уловкой, чтобы выведать желаемое, или просто данью вежливости, однако дочь герцога была действительно мила и приветлива. Ее отец прав, она могла бы стать хорошей матерью. И женой. Джоан очень хотела порадоваться за Беннейта, за то, что у него будет чудесная семья, но ничего не получалось, видимо, она недостаточно благородна. Джоан нравилась Тесса, и одновременно она ненавидела ее всем истерзанным сердцем.
Джо надеялась, что днем сможет подняться к себе, но вместо этого разглядывала вместе со всеми наряды в модном журнале «Ла бель асамбли», задерживая внимание на свадебных платьях. Дамами было особо отмечено одно, с юбкой в полоску и пышными рукавами со сборками, украшенными цветами. В сторону Тессы бросали взгляды и остроты, отчего щеки девушки стали пунцовыми, однако та упорно молчала и листала страницы. Она остановилась на чудесном вечернем платье из сиреневого шелка и юбке с воланами. Так и не выбрав момент удалиться, Джо встала и подошла к окну. За ним росли высокие деревья, любоваться было нечем, но она все равно стояла и смотрела.
– Как бы я хотела, чтобы они вели себя иначе. – К ней подошла Тесса. – После предварительной договоренности папы и Лохмора других тем нет.
Джоан повернулась и заставила себя улыбнуться:
– Это естественно.
– Разве? Не уверена, что я их понимаю.
Джоан смотрела на нее, не убрав улыбку.
– Вам не нравится его светлость?
– Мне нравятся его качества, о которых известно, но знаю я мало. Мы почти не говорили. Мне очень нравится Джейми и то, как герцог относится к сыну. Мне кажется, такой человек не может быть плохим.
Джоан кивнула.
– Он ждал вас прошлой ночью, вам сообщили? – беззаботно продолжала Тесса.
– Что?
– Бет сказала, что Джейми проснулся среди ночи и звал вас.
К счастью, уже опускались сумерки, и в полумраке комнаты сложно было заметить легкий румянец Джо.
– Надо было меня разбудить.
– Бет привыкла заботиться о младших, вот уж кто точно станет замечательной матерью, я так не смогу. Джейми очень к вам привязан.
– Он милый мальчик и вас тоже полюбит.
Тесса отвела взгляд и коснулась пальцем стекла.
В нем отражались фигуры за спиной, казавшиеся размытыми. Господи, когда же все закончится? Ей не следовало приезжать к Маккриффам, что ж, сейчас уже поздно сожалеть.
– Вы любили мужа?
Вопрос прозвучал неожиданно. Она лихорадочно думала, как бы завершить разговор, но не представляла, что надо сделать. Поздно, все уже слишком поздно.
– Конечно, он не был мне безразличен.
– Это не одно и то же.
– Нет. Конечно нет.
– Почему же вы стали его женой?
– Мы были добрыми друзьями и вполне счастливы. Хоть я его не любила.
– А он вас?
– Да, любил. Полагаю, со временем мои чувства стали бы более глубокими. Я уверена в этом. В начале нашего брака я боялась кому-то доверять, не важно, себе или ему. А ведь, чтобы полюбить, надо прежде доверять.
Тесса кивнула и опять провела пальцем по запотевшему стеклу.
– Удивительно, мы едва знакомы, но я могу говорить с вами откровенно. Жаль, что вы не останетесь в Лохморе. Я бы очень этого хотела. Я бы хотела… – Сказав, она резко повернулась. – Пойдемте. Нас, кажется, зовут.
Джоан помедлила, нескольких минут мало, чтобы унять сердечную боль, но она прошла вглубь комнаты. Ей не следовало позволять Беннейту уговорить ее приехать к Маккриффам.
К счастью, Тесса не вернулась к откровенному разговору, но держалась все время рядом, даже пыталась защитить от колких высказываний леди Абервильд, сетовавшей, что молодость Джоан уже прошла, что у нее не хватает средств заниматься собой как следует и что скоро она покинет Лохмор.
Джоан вздохнула с облегчением, когда пришло время отъезда и карета двинулась в путь. Однако спокойствие, на которое так надеялась, она не получила. Джейми был полон впечатлений, не мог усидеть на месте и подпрыгивал даже чаще, чем карета на камнях и кочках. На душе становилось все тяжелее. Джо ревновала и ненавидела себя за это, но не могла контролировать. Придется терпеть, сжав зубы.
Джейми заснул, когда они подъезжали к деревне Лохмор. Беннейт взял сына на руки, и случайно их пальцы соприкоснулись. Джоан напряглась, но герцог промолчал и, отвернувшись к окну, принялся наблюдать за тем, как день плавно переходит в вечер. Она откинула голову и закрыла глаза.
– Устали?
Услышав голос Беннейта, Джоан с трудом подняла веки.
– Немного. Но все прошло чудесно.
– Да.
– Джейми был спокоен, как дома.
– Да. Спасибо, что приехали с ним.
– Спасибо за приглашение. Я приятно провела время.
