«Базу» она подогнала нам с Олей после трапезы и, дав изучить не такой уж и маленький документ, устроила форменный экзамен. Первые полчаса мы еще «плавали», а потом поняли внутреннюю логику предложенного алгоритма и практически перестали ошибаться. Строгая наставница помучила нас еще немного и сочла готовыми. Поэтому сообщила, что Ира уже подняла первого кандидата в приемную моего кабинета, и… раскололась:
— На должность пресс-атташе я подобрала Марию Павловну Маврину — личность, закончившую факультет журналистики Новомосковской Академии Госслужбы лучшей в потоке, но пролетевшую с распределением из-за интриг однокурсников-аристократов, устроившуюся практиканткой в сетевой журнал ветеранов спецподразделений «Вымпел» и за два года заслужившую личную колонку…
Разговор с девушкой, понравившейся мне во время пресс-конференции в аукционном зале наследника престола, прошел на удивление легко, быстро и «неправильно»: выслушав мои предложения, Маврина как-то странно усмехнулась и рубанула правду-матку:
— Ваше Сиятельство, я польщена. Честно! И еще два с половиной года тому назад согласилась бы на эту работу, не задумываясь. А сейчас вынуждена отказаться. Ибо связана словом и не могу предать руководство «Вымпела», не только поверившее в меня-рядовую выпускницу рядового высшего учебного заведения, но и создавшее идеальные условия для становления настоящим журналистом. Повторю еще раз: я искренне уважаю вас и ваших напарниц, понимаю, насколько фантастические условия вы предлагаете, и знаю, что в вашем роду я наверняка стану Фигурой, но в принципе не умею предавать или отказываться от единожды данного слова.
Я смотрел ей в глаза, чувствовал, что она говорит именно то, что думает, и был уверен, что эту особу не переубедить. Поэтому заявил, что мне нравится ее жизненное кредо, пообещал, что с аккредитациями на мероприятия моего рода у нее проблем не возникнет, пожелал всего хорошего и даже проводил до двери кабинета.
На обратном пути обменялся взглядами с женой, за время этой беседы не сказавшей ни слова, расшифровал сокрушенный вздох и пожал плечами:
— Достойная личность. Но мы, увы, опоздали…
Оля кивнула и вопросительно уставилась в потолочную камеру. А через мгновение так же, как и я, вслушалась в монолог Ангела-Хранителя, не сразу, но переварила тезисы, почему-то не прозвучавшие во время «экзамена», и с о-о-о-очень большим интересом повернулась к двери, за которой, если верить нашим
Я, конечно же, последовал примеру жены. Но, в отличие от нее, не стал хранить молчание — пожелал «госпоже» Платовой доброго дня, предложил усаживаться в кресло, подождал, пока она усядется, и счел необходимым начать издалека:
— Мой род сравнительно небольшой, но достаточно деятельный. И пусть со стороны эта деятельность не видна, мы занимаемся не только промыслом и личным развитием. Поэтому загружены намного больше, чем хотелось бы. Причем не только в будни, но и в выходные. Из-за чего мне приходится определяться с приоритетами, откладывать решение некоторых проблем на потом, делегировать не очень значимые задачи помощникам и так далее. К сожалению, два последних алгоритма «зацепили» и вас: я привез вас в свое родовое поместье в конце октября, поручил заботам верной подруги и, де-юре, забыл на целый месяц. Однако де-факто вы прошли тестирование, подписали типовой полугодовой контракт и заселились в гостевые покои в первый же день, а на следующее утро включились механизмы, которые со стороны не видны: вам выдали достойные подъемные, помогли перечислить нужную сумму родителям и начали гонять по персональной учебной программе, а вашу семью взяли под охрану, разобрались с ее самыми острыми проблемами и заехали в школу к вашим братьям. Дабы объяснить местной шушере, что эти Платовы — уже не жертвы. Еще через сутки к работе подключилась служба безопасности рода — пробила вас и ваших близких по всем базам данным, а недостающий объем информации набрала, скажем так, из альтернативных источников. Благодаря чему в первых числах ноября бойцы группы быстрого реагирования переломали ноги некоему Константину Ежову, из врожденной паскудности характера регулярно устраивавшему всевозможные подлянки вашей матушке, и школьным хулиганам, имевшим наглость проигнорировать наше предупреждение. Само собой, к вам и вашим родичам присматривались и дальше. Поэтому сегодня я, освободившись, прочитал ваше досье и решил предложить постоянную работу вот на таких условиях…
Анастасия взяла протянутый мобильный терминал, проштудировала все четыре страницы текста, раза по три перечитала оба самых важных абзаца, встала, гордо подняла голову и невольно подтвердила выводы Дайны:
