— Марат Борисович, человек, которого я осмотрела,
— У вас… — уточнил я и спросил у Свирина, есть ли у него какие-нибудь претензии к качеству исцеления.
Он отрицательно помотал головой и заикнулся, было, о готовности их стороны перевести на Надежду второго пациента, но был прерван на середине предложения:
— Марат Борисович, с попустительства вашей стороны меня попытались шантажировать. Я считаю это нарушением духа договоренностей, поэтому ни о каком продолжении сотрудничества не может быть и речи до тех пор, пока вы не найдете способ компенсировать мне моральный ущерб. Следующий раз я позволю открыть «окно» пятнадцатого февраля. Не решите созданную вами проблему за один-единственный раз — закрою Надежду на год. На этом у меня все. Хотя нет, не все: на этом носителе — цифровая копия фильма о последних минутах жизни господина Прохорова, снятого на пленочный киноаппарат. Вот теперь действительно все. Ждите появления межмирового перехода…
…После возвращения из Клиники Ксения Станиславовна ушла к себе. Что интересно, довольно улыбаясь и неся себя на зависть любой Императрице.
— Страшно довольна результатами переговоров и гордится жесткостью главы рода… — уверенно заявила Дайна, заметив в моих глазах недоумение.
Я мысленно хмыкнул, завел Стаю в свою гостиную, наткнулся взглядом на накрытый стол и сообразил, что голоден. Пока помогал супругам и сестре усаживаться на законные места, сглатывал слюну. А после того, как сел сам, вцепился в ложку, попробовал тройную уху и потерялся в гастрономическом удовольствии.
Пришел в себя во время третьей перемены блюд. Из-за нечеловеческих мук выбора между умопомрачительно аппетитно пахнущим куском яблочного пирога и фантастически красивым эклером. Потом немного подумал, прислушался к своим ощущениям и решил, что умну и то, и другое. В этот момент БИУС меня и «порадовал»:
— Игнат, тебе пора сваливать в Пятно и теряться как минимум до начала весны: указ о пожаловании тебе чина действительного тайного советника свел с ума всю Империю, поэтому за последние двадцать восемь минут тебе пыталось дозвониться пятьдесят два человека! Ты представляешь, что будет дальше?
— Я бы свалил. С большим удовольствием… — вздохнул я, представив наклевывающиеся перспективы. — Но завтра — прием по случаю дня рождения Людмилы Евгеньевны, пропускать который нельзя…
— А приятные новости есть? — поинтересовалась Ольга, помрачневшая как бы не сильнее меня.
— Есть, конечно! — весело хохотнула верная помощница, помучила нас театральной паузой и, наконец, перестала издеваться: — Злобная Мелочь только что превентивно объяснила будущим фрейлинам, почем фунт лиха.
— Видеозапись есть? — хором спросили мы и буквально через мгновение прикипели взглядами к большому экрану, на котором возникла знакомая заставка. А еще через секунду БИУС изложил предысторию «конфликта»:
— Выполняя приказ Императрицы, все руководство Дома Гимназисток встретило Воронецкую и Максакову у парадной лестницы. Татьяна по какой-то причине была не в духе, поэтому сходу приказала директрисе вызвать преподавателей в свой кабинет, а учащихся собрать в актовом зале. Первых построила сама — на протяжении добрых двадцати минут объясняла нюансы отношения правящего рода к личному развитию юных Одаренных и требовала воспитывать не декоративных болонок, а бойцовых сук. А Лиза отправилась в актовый зал, поднялась на сцену, села в единственное кресло и не впечатлила своим видом, ростом и возрастом полтора десятка самых влиятельных, наглых и самоуверенных девиц.
А теперь смотрите…
Реакция Злобной Мелочи на оскорбления, презрительные комментарии и смешки из зала заставила присвистнуть: она вложилась в четыре
— Завтра утром в Дом Гимназисток привезут трех моих близких подруг. Жаловаться они не умеют. Зато уже учатся у Черного Беркута, его супруг и любимой сестры ставить на место вконец охамевших клуш. И пусть девчонки сделали только первые шаги на пути к становлению Кошмарами, зато у них есть две чрезвычайно мотивированные защитницы — Полина Сергеевна Беркутова-Туманная и я. А теперь внимание: в данный момент супруга моего жениха, Великого Князя Виктора Михайловича, получает постоянный доступ к телеметрии системы контроля и наблюдения этого учебного заведения, а я — особа добросовестная, внимательная и
