Милли никогда не говорила про своего отца. Я только сейчас понял, что никто про него не упоминал. Они рассказывали о своей маме, какой она была, и как тяжело им сейчас, когда она умерла, но ничего о человеке, являющимся их отцом.
Я удивился, что я никогда не спрашивал о нем, но теперь, когда о нем упомянула Дрю, мне стало любопытно.
Я уже собирался отпереть дверь, в квартиру Милли, когда я почувствовал дискомфорт. Черт, эти шорты были очень тесными. До меня дошло, что мой рюкзак, с запасной одеждой, остался в грузовике. Спускался вниз так быстро, как позволяли шорты, схватил его, и побежал обратно, чтобы встретить Милли, выходящую из квартиры Дрю.
— С ней все в порядке? — спросил я.
— Вырубилась, — ответила Милли с улыбкой. — Но я раздобыла немного Motrin (Мотрин — обезболивающее) и Gatorade (Gatorade — общее название напитков, производимых компанией PepsiCo. Разработан в 1965 году с целью восстановления жидкостей, теряемых организмом во время тренировок. Gatorade является наиболее популярными спортивными напитками в Северной Америке и мире.).
— Это замечательно.
Открыв дверь ключом и отошел в сторону, позволив ей войти первой.
Когда я пошел в ванную, переодеться, Милли повернулась и положила мне руку на грудь.
— Неа, — покачала головой и отправила к дивану, а сама подошла к проигрывателю и включила Элвиса.
Я смотрел, как она сняла шляпку и встряхнула волосами, а затем села передо мной с широкой улыбкой.
— Развлекай меня, Элвис, — провоцировала Милли с сексуальной улыбкой, и мои шорты стали еще теснее.
Я бросил рюкзак на диван и начал двигать бедрами, в то же время пальцы, стали развязывать узел на рубашке, а потом, принялись медленно расстегивать пуговицы. Когда я распахнул рубашку, то сделал еще одно движение тазом в ее сторону, что заставило Милли замурлыкать, и залиться румянцем, когда я скинул рубашку с плеч.
Глаза Милли расширились, потом сузились, ее лицо еще больше покраснело, когда она опустила взгляд на мои шорты. Я тоже посмотрел вниз и увидел, что места для воображение не осталось, мой член стоял колом и просвечивал чрез тонкую ткань.
— Ты мне нужен, — пробормотала она, и облизала губы, когда увидела, как я пошел к ней.
Когда я подошел ближе, Милли схватила меня за пояс, притянула к себе, и дотронулась до ширинки. Моя кровь закипела, а когда она посмотрела на меня из-под ресниц, я понял, мне конец.
Я МЕДЛЕННО ПРОСНУЛАСЬ, вздрогнув всем телом, со стоном выныривая из темноты в утро, рядом с мужчиной.
Мне потребовалось время, чтобы понять, где я и что происходит. Сначала, я почувствовала томление, потом удовольствие и наконец, восхитительный, влажный жар языка Джексона путешествующий по мне. Моя спина лениво, со стоном изогнулась, и все мои чувства, сразу обострились.
Боже, он хорош в этом, думала я недолго, пока способность думать, не пропала окончательно.
Когда я спустилась с небес на землю, Джексон целовал мои бедра: сначала одно, потом другое, а затем процеловал дорожку, вверх по моему телу. Когда он полностью лег на меня, я обвила его руками и безмятежно улыбнулась.
— Доброе утро, — прошептала я. И это было… прекрасное начало дня.
— Я хотел это сделать еще прошлой ночью, но мы немного увлеклись, — начал он, вызывая стон и воспоминания о прошлой ночи.
Как я взяла его член в рот и сосала, пока он не сорвался, не потерял контроль, выгибаясь над диваном.
Это было великолепно, неистово, мы были так истощены, что отключились почти сразу. Каким-то образом, мы, по крайней мере, добрались до кровати, прежде чем отрубиться, надеть пижаму не успели, так что оба были восхитительно обнаженными.
— Мммм, мне нравится ощущать тебя рядом, — пробормотала я, проводя руками везде, куда могла дотянуться.
— А мне нравится чувствовать тебя подо мной, — прошептал Джексон, прежде чем поймать мои губы своими.
Я поднял колени, и задвигала бедрами, туда-сюда.
— Ты понимаешь, что делаешь? — спросил он.
У нас уже был разговор о анализах и контрацепции, и тому подобное. Мы оба чисты, я на таблетках, поэтому ответила: «Да».
Стон сорвался с наших губ, когда он вошел в меня, без спешки прошлой ночи, приветствуя сегодняшнее утро. Вместо этого, мы как будто участвовали в безупречном, сексуальном, Венском вальсе, наши тела танцевали в гармонии друг с другом.
— Ничто нет лучше этого, — тихо сказал Джексон мне на ухо, прежде чем его губы скользнули по моей шее, любя меня.
Я сжала в кулак его волосы, направляя, когда снова почувствовала, как внутри меня растекается желание.
— Ты самая прекрасная женщина, какую я когда-либо встречал, — выдохнул он, его дыхание стало затрудненным, когда он стал вколачиваться быстрее.
— Как и ты, — ответила я, не совсем понимая, что говорю, когда почувствовала, как напряжение начинает нарастать.
Крепче схватившись другой рукой за плечо Джексона, я подняла бедра так, что мой клитор оказался в нужном месте, когда он двигался надо мной. Затем, мое тело начало трясти, и оргазм обрушился на меня, я едва осознавала, как Джексон выкрикивает мое имя, изливаясь в меня.
