Щит и Меч Сталинграда полностью

— Зазноба тут у него проживает. К ней и ходит. Но осторожничает наш Тимоха: коли в хуторе все спокойно — его мать возле колодца с ведрами встречает. Увидит Тимоха, что ведра белым платком покрыты — смело идет. А нет белого платка — назад в лес вертается...

Усадьба, в которой проживала мать главаря банды, находилась в центре Малой Лучки.

Чекисты под командованием оперработника Калачевского райотдела УНКВД Г. М. Кривоножкина прятались в укрытии.

Один занял место возле плетня, другой остался в овраге, третий укрылся в глубокой траншее, вырытой еще в дни обороны нашими частями.

Миновала ночь, забрезжил рассвет.

Рындич дал знак: «Внимание!»

Спустя несколько минут из усадьбы вышла старуха с ведром, накрытым полотенцем. Закрыв калитку, хозяйка медленным шагом двинулась через огород.

У плетня воровато оглянулась, приподняла хворост и пролезла в образовавшийся лаз.

— Здравствуй, сыночек...— донесся до чекистов тихий голос.— Исхудал-то как — прямо жалость берет. И лицом почернел. Повинился бы перед властями, авось простили бы они тебе все...

— Как же — простят! — усмехнулся Тимофей, забирая у матери ведро.— К стенке они меня поставят! Мне прощения нет. Крови на мне много. Я на свою жизнь рукой махнул. Другого ничего не остается, как только стрелять поодиночке товарищей большевиков.

Обрез главарь банды положил на бугорок, сам жадно глотал куски хлеба.

Медлить было нельзя, и Кривоножкин направил взведенный автомат на бандита,

— Руки вверх! Стрелять буду!

Тимофей отпрянул, выронил краюху хлеба, оглянулся и увидел позади себя еще одного чекиста.

— Сдаюсь...— выдохнул бандит и поднял трясущиеся руки

Чекисты связали Поттихова и повели в дом.

— Упокой, господи, душу раба твоего Тимофея! — запричитала мать бандита.

На первом же допросе Поттихов рассказал о деятельности своей банды.

— А Антонова в камышах найдете. Один он там. Как волк один. Заговариваться последнее время стал, кажется, умом тронулся...

То, что последний бандит прячется неподалеку от совхоза «Победа Октября», подтвердили мальчишки:

— На рыбалку надумали пойти. Глядим, а в зарослях камыша кто-то хоронится.

— Узнаешь Антонова? — спросил Кривоножкин у Николая, который вновь надел форму.

— Узнаю,— ответил Николай.— Верно арестованный сказал: не в своем Антонов уме. С автоматом ни на минуту не расстается. Чуть что — готов стрелять.

Засада на бандита была устроена в камышах. По пояс в холодной воде чекисты простояли не шелохнувшись целую ночь.

На рассвете послышался плеск, шуршание камыша. Антонов шел прямо на чекистов, крепко прижимая к себе «шмайсер».

— Бросай оружие! — приказал Кривоножкин.

В ответ хлестнула автоматная очередь, которая скосила над головами чекистов верхушки камыша.

Одновременно прозвучали два пистолетных выстрела.

И Антонов пошатнулся, выронил автомат.

В первых числах декабря 1943 года мне сообщили о времени прибытия в Сталинград спецпоезда с правительственной делегацией.

Декабрь был стужий, и, стоя на перроне разрушенного вокзала, возле недавно заново проложенной железнодорожной линии, я с моим заместителем Ганиным гадал: «Долго ли пробудет у нас состав?»

Наконец показался паровоз и за ним несколько вагонов.

Возле вокзала они замерли. Не прошло минуты, как из дверей одного из вагонов спустился Иосиф Виссарионович Сталин. Был он в знакомой длиннополой шинели.

Товарищ Сталин возвращался в Москву со встречи глав правительств трех союзных держав, которая проходила в Тегеране с 28 ноября по 1 декабря 1943 года. На конференции было обсуждено положение на фронтах.