Задержанный был доставлен бойцами истребительного батальона в районный отдел НКВД, а оттуда препровожден в наше управление.
Экспертиза установила фиктивность документов арестованного. Сам арестованный на первом же допросе начал давать путаные показания и в конце концов был вынужден признаться, что перешел линию фронта по заданию немецкой разведки с поручением собрать сведения о местонахождении в районе складов горючего, движении воинских частей. Сидел в тюрьме за совершенное им крупное хищение социалистической собственности. Освобожден оккупантами... Биография, так сказать, типичная для многих агентов абвера. Адмирал Канарис и его подручные чаще всего выискивали и могли найти себе добросовестных служак только среди отбросов советского общества — уголовников, дезертиров, растратчиков и т. п.
Спустя несколько дней по представлению Сталинградского УНКВД областной Совет депутатов трудящихся наградил колхозницу Антонину Михайловну Медведицкову «за проявление бдительности и находчивости при задержании фашистского шпиона» денежной премией.
Городской комитет обороны собирался довольно часто, так как с каждым днем дел по обороне города и области, по наращиванию промышленного потенциала прибавлялось.
Правительство дало задание увеличить в Сталинграде выпуск авиапокрышек.
И комитет обороны изыскивал резервы топлива, энергии, рабочей силы, чтобы задание было выполнено в срок и с высоким качеством.
ГКО принял решение об обеспечении выпуска в Сталинграде авиамоторов. Их было решено производить в авиамастерских, где прежде занимались лишь ремонтом.
Были заслушаны доклады директора СТЗ К. А. Задорожного и директора завода «Красный Октябрь» П. В. Матвеева о ходе выполнения этими предприятиями заказов авиационной промышленности и строительства второй очереди железнодорожной линии Сталинград — Владимировка.
ГКО приходилось вплотную заниматься формированием 102-й истребительной дивизии ПВО, передачей Южному фронту стрелкового и минометного вооружения, которое изготовлялось на местных заводах, прокладкой дополнительного кабеля связи через реку Ахтуба, изготовлением средств противохимической защиты.
ГКО изыскивал возможности безопасного и своевременного вывоза из Баку и Грозного нефтепродуктов. Нефть транспортировали из Астрахани по Волге в Горький и Москву. Вывозом нефти занималось пароходство «Волготанкер». Везти сотни тонн бензина приходилось в дни и часы, когда над Волгой то и дело появлялись вражеские самолеты-разведчики. В реализации всех этих решений непосредственное участие принимали, конечно, и сталинградские чекисты.
Авиация противника с каждым днем увеличивала вылеты на Сталинград. Фашистские стервятники любили ночное время, когда под покровом темноты можно было не бояться советских истребителей. В ночное время Сталинград освещался немецкими ракетами, вспышками пламени от зажигательных бомб.
Вокзал и пути к нему были забиты эшелонами с беженцами из Смоленской области. Лишь за июнь 1942 года в наш город приехало более девяти тысяч женщин и детей. И, несмотря на то, что на вокзале и близ него не было воинских составов, а стояли вереницы вагонов с женщинами и детьми, фугаски падали именно на вокзал, на стоящие там теплушки, вагоны...
Сорок второй год немецкое командование хотело сделать решающим в ходе войны, надеялось, что союзники СССР — Соединенные Штаты Америки и Великобритания — не предпримут высадку своих войск в Европе в ближайший год.
Гитлер рвался к Волге, чтобы получить выход на Кавказ, захватить нефтепромыслы и втянуть в войну против нашей страны Турцию. О планах Гитлера ясно говорила директива ОКВ № 41:
