Я физически ощущал, как клокочет в нем знакомое бешенство. Вскрывшиеся факты об эль Саре и его предпринимательской деятельности снова вывели императора из себя. Под конец герцог положил ему на стол не только Кэртов, но и свой окончательный рапорт с доказательствами причастности ряда высокопоставленных лиц к истории с иридитом. И, прочитав его, Карриан взбесился окончательно, по-своему переживая предательство тех, кто косвенным образом был виновен в том числе и в смерти его отца.
Я мельком глянул на этот список — сплошь благородные и даже парочка высокородных имен. Графа эль Нойра среди них, к сожалению, не оказалось, но это уже лично мои предпочтения. А так семнадцать имен. Семнадцать чиновников, аристократов и просто тех, кто не так давно присягал новому императору на верность. Неудивительно, что Карриан злился. И очень плохо, что он снова оказался на грани потери контроля над своим даром.
Когда вокруг его величества заклубилась тьма, я снял перчатки, выскользнул из ниши и, зайдя Карриану за спину, положил ладони на его разгоряченные виски. Император дернулся, но быстро понял, что это всего лишь я, и успокоился.
— Все будет хорошо, твое величество, — тихо сказал я, с наслаждением впитывая чужую магию как божественный нектар. — Вот увидишь, мы их всех убьем. Если хочешь, даже с особой жестокостью.
— Умеешь ты успокоить, — невесело хмыкнул император, не открывая глаз.
— Работа такая… Давай-ка я тебе плечи помну, пока аль Нор не вернулся? Не то голова совсем соображать не будет, а у тебя еще одно совещание на носу.
Карриан скривился.
— Не надо. Я в порядке.
— Да знаю я, до какой степени ты в порядке… Давай! Руки на стол, лбом упрись в ладони. Это займет всего несколько минут, после чего тебе станет легче. Обещаю.
Его величество заворчал, но я убрал руки с его висков и тихонько подтолкнул в спину, чтоб не кочевряжился. Массаж штука действенная. Козел, который раньше сожительствовал с Мариной Извольской, очень его ценил. Я, конечно, уже не тот человек, который умел и любил делать такие вещи, но память-то осталась. Поэтому, когда Карриан с неохотой наклонил голову, я принялся осторожно разминать его закаменевшие плечи, стараясь больше не прикасаться к коже.
— Я не сказал тебе про теней, потому что не успел, — негромко бросил я через пару минут, чтобы нарушить гнетущее молчание. — С герцогом мы на эту тему переговорили только вчера, но он видишь как — решил подсуетиться. Я не ожидал, что он прямо к утру все сделает. Думал, сперва подготовлю тебя морально, объясню, зайду издалека, чтобы ты не принял парней в штыки — ты же не любишь новых людей? Тем более не терпишь, когда что-то решается в обход твоего императорского величества. Но получилось все не по-моему. И это печально, потому что теперь ты злишься и на меня тоже.
— Имею право, — невнятно пробурчал Карриан. Но уже без особого раздражения. — И вообще, я не понял — когда ты все успеваешь?
— Ночами, — пожал плечами я. — Я мало сплю, если ты заметил. С защитой в твоих покоях уже закончил. «Камерами» дворец обвешал. Хотел сделать наблюдательный пункт в склепе, но вчера мы с тобой раздолбали его к Рамовой бабушке, поэтому придется искать другое место. Или создавать с нуля, а это утомительно. Как думаешь, если я переоборудую какой-нибудь невостребованный потайной ход или, к примеру, собственную комнату, Тизар не будет возражать?
— Он не возразит, даже если ты сделаешь это у меня в кабинете.
— Где? — недоверчиво переспросил я. — Да ну на фиг! Неудобно. Слуги же ходят. Гостей много.
— Какая тебе разница? Ты же заклинания подзываешь к себе по щелчку, как щенков. Спрячешь под слоем защиты и все.
Я хмыкнул:
— Это ты что, Ворчуна вспомнил, раз про щенков заговорил? Неужто скучаешь?
— Еще не хватало. Просто к слову пришлось, — буркнул император и надолго замолчал. А я против воли улыбнулся, вспомнив, как в последние дни перед уходом его несговорчивое, непримиримое и суровое донельзя величество азартно возился с раненым волчонком, играя с ним с непередаваемым удовольствием. Не знаю, были ли у него в детстве домашние питомцы, но отрывался Карриан конкретно. В последние дни мелкий и ночевал исключительно рядом с ним. Да и вообще привязался к страдающему от похожего недуга человеку. Само собой, расставались они тяжело. Ворчун, которого мы по пути завезли в логово и передали матери, отчаянно скулил и ни в какую не хотел оставаться в стае. Но мы при всем желании не могли забрать его с собой. Дворец не место для зверя. И я, если честно, тоже скучал, хотя и был уверен, что с Ворчуном все в полном порядке.
— Ну вот, — возвестил я, закончив с массажем, и отступил в сторону. — Как самочувствие?
Карриан приподнял голову и осторожно потер шею.
— Вроде бы сносно. Только спать очень хочется.
— Э, нет, спать как раз нельзя — сюда народ идет. И все какие-то нервные. Того и гляди перелаются.
— Где народ? Какой? — беспокойно огляделся его величество. — В приемной? Что, уже время?
