Крестославль находился в восточной части страны, и считался, своего рода, «столицей» земель, принадлежащих знатным родам инквизиторов. Надо заметить, один из самых больших имперских городов и выглядел соответственно своему статусу: строгие очертания серых каменных домов перемежались восхитительным великолепием величественных белоснежных соборов. Подобное сочетание суровости и красоты казалось безупречно выверенным, идеально равновесным.
Символом Крестославля считался воздвигнутый на холмистом возвышении в восточной его части, громадный крест из белого, с серебристыми вкраплениями, гранита. Этот грандиозный монумент соорудили в год основания города, девять с половиной веков назад, с тех пор он высился над самыми высокими зданиями, и каждый мог узреть его с любой из улиц. Крест заключался в огненный контур Щита, полыхавший неугасаемым пламенем, символизировавшим незабвенность славных подвигов и вознесение бессмертных душ отважных героев Инквизиции. На плитах трёх мощных, высоких ступеней его подножия были высечены имена выдающихся инквизиторов прошлого и современности, чьи доблестные деяния навеки запечатлели летописи. Возле этого мемориала, данью памяти, всегда стояли корзины свежих цветов и лежали букеты.
Город удивлял образцовой чистотой и порядком. Даже небольшие улочки могли похвастаться вымощенными серым камнем дорогами, с завидной регулярностью подметаемыми дворниками. Во двориках трёхэтажных домов, стоящих за решётчатыми металлическими оградами, были разбиты ухоженные садики. Помещения вроде конюшен — находились за высокими, скрывающими от посторонних глаз, заборами. Деревянных и одноэтажных строений не попадалось вовсе. У многих домов присутствовала небольшая башенка с часами, шедшими настолько точно, что ежечасно по улицам разносился сливавшийся в унисон многоголосый часовой бой.
На центральной площади стояло Главное Управление Инквизиции — здание колоссальных размеров, классически-строгого вида, построенное из чёрного гранита, и обнесённое чёрной кованой решёткой, на воротах — отлитый из металла гербовый щит этой организации. Перед воротами в любое время суток несли караул шестнадцать инквизиторов в форме и чёрных плащах с капюшонами.
Фонтан в самой середине главной площади поражал колоссальностью размеров — внутри основной чаши из белого гранита, легко мог поместиться целый дом. На установленном в ней постаменте, возвышалась статуя Богородицы с Младенцем на руках, высотою в два этажа. Струи фонтана били вверх, расходясь, подобно лучам звезды, из середины пьедестала. В солнечные дни свет, рассеиваясь в мельчайших каплях брызжущей воды, рисовал над ними переливчатые радуги.
Перед свадебной церемонией Серова с помощником разместили в роскошном, но при том — лишённом вычурности и помпезности, доме. Роскошь заключалась в дороговизне материалов, из которых были сделаны простые, на первый взгляд, вещи, но человек искушённый оценил бы такой ход.
— Что-то напрягает меня этот город. Слишком он… слишком… не могу найти подходящего слова. — Поделился впечатлениями Николай.
— А мне здесь нравится. Всё на месте, ничего лишнего — строгая архитектура, серьёзные, занятые люди — и никаких праздношатающихся бездельников, наглых рож нелюдей типа тех же гномов. С удовольствием поселился бы здесь навсегда.
— Не, а меня напрягает всё-таки. Люблю я, когда больше простора, всё-таки, в деревне вырос, на природе, так сказать.
— Тебя напрягает не город, а люди. Слишком сдержанные, скрытные, с фальшивыми эмоциями на лицах и неизвестными помыслами. И на твоём месте я бы не напрягался, а пытался походить на них — именно такими и должны быть хорошие инквизиторы. — Повёл бровью Серов. — Что ж до самого города, единственное, чего мне здесь не хватает — так это деревьев. Почти всё вокруг — каменное, это немного угнетает, но привыкнуть вполне можно. В конце концов, Альдомиф — тоже город каменный, а я там прожил не один год. Зато если совершать периодические прогулки в лес, то лучшего места, где хотелось бы поселиться, чем Крестославль, наверное, нет.
— Не, это точно не для меня. Кстати, что будем делать с твоим особняком? — С улыбкой спросил Николай.
— Ремонтировать, конечно. Я сейчас этим руководить лично не могу, но, кто-то, помнится, обещал найти людей, которые качественно это сделают. А уж я им хорошо заплачу. — Улыбнулся Андрей.
— Ну, так я нашёл — человек пятьдесят уже точно, как раз с моей малой родины.
— Молодец, хвалю. — Снова улыбнулся он.
— Я, кстати, тоже, как сын плотника могу поучаствовать, да и папка мой — тот ещё работник.
— Да ради Бога, участвуй, если есть желание.
— Ну, если будет возможность. — Улыбнулся Николай. — Кстати, там ведь рядом пустующие постройки есть, прям рядом с особняком. Так ты что решил, оставишь работников там, на постоянное место жительства? Всё равно ведь тебе понадобятся люди для обслуги, ведения хозяйства, да и ещё много чего.
— Пускай остаются. Я даже выделю им некоторую сумму денег на восстановление и благоустройство домов.
