А почему для нас, прифронтовых предприятий, речь идёт не о безвозмездной помощи государства, не о временном освобождении от налогов и страховых платежей, а только об отсрочке, которая потом, накопившись к 2025 году, тяжким бременем ляжет на экономику еле дышащих под обстрелами предприятий и, может быть, обанкротит их? («
А по какой причине в нашей области полностью (!) прекращено финансирование книгопечатания патриотических авторов? Политически нейтральных, честно скажем, тоже прекращено. Ассигнования на культуру урезаны до скудных ручейков, откуда не утолить жажды страждущим узнать из первых рук, каково это — жить под обстрелами.
А насколько легко получить компенсацию за сожжённый или пробитый осколками автомобиль? Или это вообще из серии популярной ныне «фэнтези»?
А если ракета или дрон превратил ваш дом в «графские развалины», чем вам может помочь государство? Или это только ваши личные проблемы? Закрывают тепловой контур, заменяют стеклопакеты, но если и дома-то почти нет? Что тогда? ПВР на пару месяцев? Дальше сам, всё сам? Это можно, конечно, но где и в каком статусе — бомжа?
А почему, когда в июне 2023 года Шебекино и вся трасса до него простреливалась ВСУ день и ночь — и надо было гнать, чтобы быстрее её проскочить, лично нам выписали море штрафов за превышение этой самой скорости? Надо было ползти приманкой для ВСУ?
А почему лично мне люди не гнушаются писать в личку, угрожая доносом или вообще ставя в известность, что донесли «куда следует», потому что упоминать о наличествующих проблемах, возникших в результате проведения военных действий на территории моего личного проживания, не есть комильфо, так как может «раскачать лодку» и, не дай Бог, затронет их спокойное существование, а моё и моих земляков их не волнует?
А отчего… А почему…
Вспоминается детская песенка из советского детства:
Зачем в кулуарных беседах гражданского и военного руководства о нас, приграничных поселениях Белогорья, всё чаще и громче звучат слова «серая зона»? И на меня наползает отчаяние… Так зачем мы два года спим и просыпаемся, работаем и поддерживаем СВО под звуки «прилётов и ответки» — чтобы однажды нам сказали:
— Уезжайте в белый свет по-тихому, вы — «серая зона» ничьей ответственности. Ваше место проживания закрыто для въезда.
А защитить? Защитить нас сегодня так, чтобы не отдавать врагу эти сотни километров, а вовсе не «пяди» исконно русской земли? Земля считается чьей-то, когда на неё становится нога солдата-пехотинца… Но и другое верно — земля принадлежит государству, если на ней живут и работают его граждане! Мы тут живём и работаем для всей большой России, мы не убоялись! Так как же можно нас так просто выгонять взашей и в бомжи, а не отстоять эту землю, землю отцов и дедов?
Шебекино — не серая зона!
Шебекино и приграничные районы — русская земля!
А пока — сводки с неё, обагрённой кровью её мирных жителей.
Только что в древней дубраве, что приливной волной плещётся рядом, отработали сапёры. В нашем сонном и жарком лесу настало время прозрачного цвета синих крупных лесных колокольчиков. В заповедном лесу сапёры собрали их 90 штук — «колокольчиков», неразорвавшихся кассет. Военные убирали их с извивистых дорожек дубравы. А сколько несущих смерть и увечье кассет осталось на полянах и под деревьями — то нам неведомо.
