Пережили здесь дикие обстрелы ВСУ, перемучились, но теперь о них заботятся. Во дворе между домами стоит чистенький белый куб с питьевой водой, волонтёры привозят еду на дом, у них есть списки проживающих в городе. Старичков уговаривают уехать, да куда… кто с собачкой возьмёт?
Знакомые, пожилые супруги, каждое лето жили на даче, теперь туда попал снаряд, дача сгорела, живут в городе. Страшно, да что поделать. Вспоминают:
— Первого июня ещё ночью, темно, взрывы бабахают, смотрим в окно: люди с сумками по улицам идут. Детей, что ли, отправляют? Всё идут и идут… Да нет, они из города уезжают! Родные нам звонят: вы уходите? Да куда нам… Чужие люди на машинах всех вокруг забирают, до Белгорода бесплатно везут. Пальба кругом… бухает… жутко. А мы остались.
Среди кажущегося порядка улиц, наряженных в дивные клумбы, вдруг бьёт по нервам жуткое привидение среди бела дня: высится и щерится обломанными балконами, обгорелыми окнами дом. Осколки рам и стекла с тротуаров уже убраны, через проломы в стенах отчаянно машут шторы, тюли — взывают о помощи. Через пробитую крышу снизу видно голубое летнее небо. А вон ещё… и ещё… А вон вся стена вывернута… обшивка здания вся рябая от пробоин… В центре города снаряды падали кучно.
Опустевший город Шебекино.
Но есть незримые работники — они подметают осколки, вывороченные рамы, шифер, прибирают улицы города.
Город покинут, но не брошен, как не брошены и его оставшиеся жители.
Погибших животных на улице видишь только в частном секторе. Я спрашивала у встретившихся, есть ли теперь запертые в квартирах животные, слышно ли их.
Говорят, нет.
По крайней мере, те дома, что я видела, молчат, те люди, с кем говорила, ничего об этом не знают.
Наша знакомая имеет двух кошек. Убегая из города первого числа, она их не взяла.
А куда?
Куда люди сами-то бегут, кто скажет?
На «Белгород Арену»?
В царство плотно уставленных кроватей?
На следующий день, второго июня, определившись с иным жильём, она вернулась за кошками. Одну взяла, кошка прибежала на зов, а вторая, видимо, до смерти перепуганная взрывами рядом, так в руки и не далась, убегала, пряталась и орала! Теперь знакомая ездит, кормит кошку.
Конечно, люди разные.
Особенно в частном секторе есть и такие, кто не раскрыл вольеры, кто не навещает питомцев.
Кинули умирать…
Но в нашем жилом массиве соседи кормят животных, бросают им еду через забор. Чужие люди переписываются в чате и помогают друг другу, соседям и животным.
Город стоит и жив патриотами.
Они не выпячивают себя, они держатся в тени. Это обычные самоорганизовавшиеся жители Шебекино. В каждый рубежный момент они появляются, скромные и беззаветные патриоты, никогда не бьющие себя в грудь, не изливающие желчь, не призывающие других. Они просто встают и делают то, что должно.
Это они, многократно рискуя собой, помогли другим жителям выехать из города под огневым валом противника. Вывозили на своих автомобилях.
Это они всё время патрулируют город.
Это от них мы узнаём о состоянии своих улиц и домов.
Это они тушат леса. А леса тлеют, тлеет и свалка, заволакивая город удушливым белым облаком.
Это они развозят еду и воду и уговаривают оставшихся уехать.
Это всё они…
Но славы им не видать. Есть слишком много иных, охочих до славы и почестей. А этим, настоящим героям, достаётся опасный труд ради родного города и снисходительное похлопывание по плечу: «Молодец, справился, теперь ступай, иди себе… «
Мне достоверно известно из первых уст, что полиция и вневедомственная охрана ушли из города в ночь на первое июня. Уже третьего июня наше предприятие получило от вневедомственной охраны уведомление об одностороннем, с их стороны, разрыве контракта на охрану нашего предприятия. Полиции с утра первого июня на улицах нет, нам сообщили, что они покинули город. Не было их постов и на шоссе… вплоть до 12 июня.
А 12-го числа пост МВД стал на въезде в Шебекино — на один праздничный день.
Зато волонтёры и тероборонщики на посту ежедневно. Конечно, ведь это их город, город жителей, а не надстройки.
Идут обнадёживающие сообщения о серьёзных работах по восстановлению энергоснабжения города. Тянут высоковольтный кабель. По слухам, в Белгороде был генеральный директор «Россетей». Без электричества город не оживёт. Это всем ясно. Но и без серьёзной защиты починенным, восстановленным коммуникациям не выстоять — будет новый обстрел и новые разрушения, разрывы кабеля.
Тогда, первого числа, наши героические бойцы выстояли, не дали врагу прорваться в наш город. Об этом свидетельствуют рассказы тероборонщиков и волонтёров, наблюдавших за ходом сражения с высоты Заячьих холмов. Они рассказывают, что открывшаяся им ранним утром первого июня картина была эпической. «Насколько хватало глаз — огненные ленты бесконечных взрывов! Наши тоже огрызались. Била арта, пулемёты, автоматы — страшная рубка! Там видно было и работу наших «Солнцепёков», но их быстро разбили попаданиями. Однако же удержали рубеж!»
Сегодня нас пришли защищать и наши чеченские братья.
Спасибо им.
Жители понемногу оживают от стресса, начинают пробираться в город к себе… пока тайными тропами.
