Плавно увеличивая газ, Петр отпустил тормоза. Все-таки есть разница между стартом с палубы авианосца, когда тебя выбрасывает в небо катапульта, и взлетом с бетонной полосы наземного аэродрома. Разбег казался ему необычайно долгим. Полностью заправленный топливом с четырьмя двохсотпьятдесяты килограммовыми ракетами на пилонах, "грифон" трудно сдвинулся с места. Но мощности турбины хватало и на больший вес, и самолет все быстрее и быстрее несся по полосе. На середине ее еле заметное биение колес о стыки бетонных плит прекратилось и взлетные огни поплыли вниз. Спрятав шасси, пилот перевел самолет в набор высоты, ориентируясь только по приборам - на километровой высоте началась облачность .. За стеклом фонаря-"оранжереи" было темно, хоть глаз выколи. Только ярко светили зелено-красные огни на концах крыльев его "грифона" в ореолах тумана, и сзади в таких же ореолах мигали АНО [13] напарника, который шел чуть ли не вплотную. Самолеты совершили взлет, не произнеся по радио ни слова.
На высоте в четыре тысячи метров облачность начала уменьшаться и через несколько секунд пилоты увидели чистое небо. Серая туча раз лизнула фонарь кабины своим сырым языком и отцепилась от "грифонов", выпустив самолеты с мокрого плена. Вода, заливала лобовое стекло, начала растекаться каплями, которые сдувал упругий поток воздуха. Набрав высоту, АНО исключили.
Петр перевел "грифон" в горизонтальный полет и подождал, пока к нему присоединится вторая пара, вынырнула из облаков. Солнце, внизу уже зашло за горизонт, на высоте все еще озаряла западную часть неба пепельно-перламутровым светом. Позади и справа на ясном фоне заката ярко горела одинокая Венера. Впереди на востоке была серая мгла. Был бы Трохимчук более уязвим, или имел талант писателя, непременно сказал бы: "угрожающая мгла". И с этой мглы, с северо-восточной ее части, накочував на них мощный вал советских бомбардировщиков.
Несколько минут полета им навстречу, и на экранах бортовых локаторов появились отметки от целей.
- К бою! - Подал команду Петр, включая питание ракет. Через несколько секунд на панели засветились зеленым успокаивающим светом сигнальные лампочки, извещая, что ракеты готовы к пуску.
"Большая колонна, - думал Трохимчук, глядя на зеленые пятнышки, покрывших экран, а с востока продолжали поступать все новые и новые группы бомбардировщиков, - не менее сотни машин, а то и две ..."
В их неспешной появлении из-за обреза экрана была невысказанного угроза. И что из того, будто пересказали ему эти пятнышки, что ты летишь нам навстречу, ну, собьешь ты несколько советских бомбардировщиков, и они перечеркнут ночь огнем? Советский Союз такой мощный и большой, что даже не заметит этой потери. Другие сотни бомбардировщиков выйдут на свои цели и засыпят их сотнями и тысячами фугасных и зажигательных бомб.
"Ну, это еще посмотрим, кто кого бомбами засыпать будет!" - С внезапной злостью подумал Петр.
Вот-вот должны были показаться главные бомбардировщики. Еще минута, две, три - и пойдут на цели ракеты, скрестятся кинжальные трассы пушечных и пулеметных очередей.
И завтра, когда он вернется из боя живым, его ждет то же самое.
Ниже четверки "грифонов" промчались две пары ночных истребителей - в воздух подняли очередную звено с аэродрома Коростеня. Командный пункт Житомирской зоны ПВО стягивал к месту боя новые группы истребителей. Воздушное пространство насыщался украинскими самолетами. От осознания этого становилось веселее, хотя нужно было смотреть обоими глазами, чтобы не столкнуться в воздухе со своими. Впрочем, столкновение с советским бомбардировщиком было так же нежелательно.
- Командир, цели в зоне поражения. - Подал голос штурман-оператор.
- Добро. Как работает локатор?
- Нормально. Цели вижу. - В наушниках слышалось дыхание штурмана. - Доворот право, двадцать градусов. - Трохимчук чуть повел ручкой управления, довертаючы "грифон" на нужный курс. - Да, да ... Так. Нормально! Командир, на боевом курсе! Беру управление на себя.
С носовой части самолета доносилось: "тук-тук", "тук-тук" - это антенна радиолокационного прицела вместо плавного вращения рывками перемещается вправо-влево, подсвечивая бомбардировщик, на который вот-вот будет пущена ракета. Штурман сейчас пришелся лицом к тубуса прицела, загоняет в "лузу" отметку от выбранной цели. А в самой ракете после нажатой перед боем кнопки подачи электропитания раскрутились гироскопы, радиоаппаратура ждет только сигнала, и когда будет нажата кнопка пуска, ракета сорвется с направляющей и пойдет по радиолуча на выбранный штурманом-оператором вражеский самолет ...
- Командир, цель захвачена головкой ракеты. - Зуммер в наушниках. Секунда молчания. - Пуск!