- Товарищ генерал-лейтенант, есть другое мнение относительно действий бригады ... - И они еще час обсуждали план своих действий вместе с командующим оперативного направления.
Железный лес
Разведгруппа возвращалась обратно, в Белополье, после двухсуточного дежурство в полосе обеспечения. На востоке начинался рассвет третьего дня войны. Бойцы в грубых защитных камуфляжах шли беззвучно, размеренным и экономным шагом. Редко кто бросит одно-два слова, переговоры были короткие, только по делу. В сторонам настороженно смотрели стволы штурмовых карабинов и легких пулеметов, рыскали в рассветных сумерках, готовы ударить свинцом по малейшей угрозе. Сентябрьское небо было беззвездной, облачным, вот-вот дождь станет накрапывать, но пока сухо и тепло. В стороне, в кустарниковых зарослях, взлетали вверх осветительные ракеты, посвистывали над головами очереди трассирующих пуль, но в низинци даже пригибаться не нужно было: мертвый, непрострилюваний пространство. Разведчики во главе с сержантом Егоровым цепочкой, след в след, этой же низинкой втянулись в лесок, и Вилька облегченно вздохнул - идем нейтралка, противник уже остался позади, теперь они почти дома! Впрочем, сержант бдительности не терял, шел осторожно.
В советском тылу то сильно горело, там багровели низко нависшие облака. Но они уже разделены нейтралка, они уже почти на своей территории. То тут, то там то беспорядочно, панически, время от времени взлетали ракеты и гудели двигатели грузовиков на проселкам, на шоссе изредка гремели и звенели гусеницы танков.
Мягко ставя ногу, чтобы не захруститы сухим палочкой, - Шварцвальд шел за сержантом. Сердце стучало, пот стекал за ушами, карабин упирался несносной своей железякой прямо в сторону, и, Вилька с досадой чувствовал, что портянка в правом ботинке сбилась, трет ступню - намотал, болван, как попало, то жди теперь, скоро хромать. Нужно перемотать, как остановимся.
Но остановились только через час. Вильгельм быстро, но тщательно перемотал портянки, потоптался подбором - порядок! Облегченно присел на пенек рядом с сержантом. После непрерывного марша все зажжен дышали, вытирали пот, привалилися спинами к березкам, вытянув натруженные ноги.
- Командир, не сбились с маршрута? - Шварцвальд покашлял смущенно, показывал, что признает свой грех. С "языком" группе не повезло - нужно было только оглушить, а Вилька трахнул из всей силы, и забил, конечно, до смерти. От сержанта ему уже влетело за это, но, видно, еще не все заработанное он получил от командира. Вот вернутся на базу, там и подберет к норме.
- Пока нет. - Суховато ответил Егоров. Вильце справедливо показалось, что сержант им весьма недоволен.
Все отдыхали, внимательно прислушивались к ночным звукам. И вот тут Вилька - сидя! - Незаметно для себя задремал: сказался недосып последних дней, когда пришлось вертеться, как белка в колесе. Эвакуация гражданского населения, минирование домов в райцентре, а затем более двух суток без сна, когда к врагу было рукой подать. М-да! Это же надо - задремать в боевой обстановке! Нервы у него, видно, крепкие ...
Первое сентября - традиционно начало нового учебного года в школах. Это было привычным. Но то не клеилось с самого начала лета. И начало осени было не таким, как обычно. Школьники и дошкольника, которые с конца мая отдыхали в спортивно-трудовых скаутских лагерях на западе и юге Украины, остались там еще на один месяц, а потом вообще до октября. Города, городки и поселки вдоль украинских-советской границы за лето будто вымерли: ни одного ребенка не осталось. И старых тоже. За лето вывезли всех на запад страны, за Днепр. Потому что с начала весны по ту сторону границы происходило нечто необычное. Все лето ходили слухи, что осенью в пограничной полосе будет введено чрезвычайное положение. И действительно, в последний день августа такое положение было введено. А потом пришел приказ в первых числах сентября эвакуировать на запад и всех невоеннообязанных гражданских. Вилька в этой суете был спокойным и послышался уверенно и легко - он еще в начале июня отвез молодую жену к отцу на хутор километров за двадцать от Каменки - в первой половине сентября должны произойти роды. Поэтому все делал основательно, на совесть, всю эту неделю перед началом войны: помогал соседям вывозить домашний скарб, сажал в автобусы женщин и патрулировал ночам улицы Белополье. Однако мнение, что все это только очередные учения, хотя и внеплановые, медленно таяла. А в субботу пришел невероятный для мирного времени приказ минировать оставлены жителями дома!