Префект Ли привстал и сдержанно поклонился, но сердце его забилось чаще. Пожалуй, оно так не колотилось, даже пока он созерцал прелести императрицы.
— Держите меня в курсе дел! Обращайтесь в любое время, в любой день и считайте, что обеспечили себе будущее! — ободрил его генерал на прощание. — Вы продолжаете наблюдать за лавкой? На тот случай, если убийцы Ярко-Красного вернутся на место преступления? — с беспокойством поинтересовался он, когда префект уже стоял в дверях.
Главный инспектор обернулся:
— Я направил туда двух своих людей под видом уличных торговцев. Им предписано постоянно быть неподалеку и не сводить глаз с лавки. — Он еще раз поклонился.
Покинув дом генерала Чжана, префект направился на службу, к императорскому дворцу. Ему пришлось для этого пересечь самый роскошный район Чанъаня — его называли кварталом Небесной Чистоты. Там располагались дома знатных семей, окруженные источавшими весенние ароматы садами. Сидя в закрытом паланкине, который носильщики, повинуясь приказу, старались доставить на место как можно быстрее, префект Ли не смотрел на эти великолепные дворцы и сады. Он был слишком погружен в раздумья о прошедшей беседе.
Стать министром — разве не в этом заветная мечта каждого чиновника? И ее нельзя назвать недосягаемой! История уже знает примеры… Ему представилась потрясающая возможность… Однако тягаться с самой императрицей? По силам ли ему проглотить откушенный кусок? Генерал Чжан так ослеплен ненавистью, что видит в У-хоу лишь недостойную узурпаторшу, ничтожную простолюдинку, но в глазах маленьких людей, особенно буддистов (которых, между прочим, становится все больше), эта молодая женщина из низов, бывшая монахиня из Ганье, избранница самого императора — предмет обожания и почтения.
Оказавшись в своем кабинете, префект Ли понял, что у него нет времени взвешивать все за и против. Мрачное лицо начальника группы следователей, ожидавшего его у двери в сопровождении троицы таких же понурых помощников, явно свидетельствовало о том, что доклад ему не понравится.
— В чем дело? — сухо поинтересовался префект. — У вас такие мины, будто небо только что рухнуло на землю!
— Господин префект, мы упустили девушку и парня, которые жили на втором этаже, над лавкой убитого торговца, — признался начальник группы.
— Так-то вы исполняете приказ вести постоянное наблюдение за «Шелковой бабочкой»?
— Исполняем, господин префект! Но эти двое со вчерашнего вечера в лавке не появлялись. Жить им больше негде… Мы были уверены, что им некуда податься! Да сожрет меня дракон, я один виноват в этой промашке!
— О да, пусть сожрет! Вы не достойны своей должности! Я вас… Вам зерно горчицы покажется бесконечностью, в которой правит Повелительница Лазоревых Облаков![37] Я направил восемь человек, целых две группы, с ясным заданием — проследить за двумя основными подозреваемыми! Чем занимались эти восемь человек?! — кричал главный инспектор, нервно бегая из конца в конец просторного округлого кабинета, в то время как его люди робко жались друг к дружке, от неловкости не решаясь поднять глаза.
— Виноваты, господин префект! Должно быть, их кто-то предупредил! — смиренно склонившись, осмелился пискнуть один из провинившихся.
— Именно этого вы не должны были допустить! За что вам только платят ежемесячное жалованье? — рявкнул префект, даже не вспомнив о собственном постоянном доходе.
Тот, кто решился вставить слово, атлетического сложения мужчина, от страха затрясся, как осиновый лист. Префект Ли славился неподкупностью и суровостью, что и позволило ему занять столь ответственный и трудный пост. Его даже негласно прозвали «глазами и ушами» императора Гао-цзуна. Главная инспекция фактически была тайной полицией императора. Служащие подбирались на основе личной преданности ему… или непосредственному начальнику, что, по сути, означало то же самое. Эта «теневая армия» и ее главнокомандующий, грозный префект Ли, на всех наводили ужас.
Префект был, можно сказать, главным привратником императорского дворца и сам принимал решения, кого допускать ко двору, а кого — нет. А настоящих привратников и стражей он набирал из боевых ветеранов: порой среди них встречались однорукие или иным образом покалеченные в сражении, но каждый запросто справился бы с любым не нюхавшим войны молодым сосунком. И умел убивать без заминки.
— Что известно об этих двоих? — чуть умерил гнев префект.
— О парне почти ничего. Квартальный староста не успевает уследить за всем, что происходит вокруг, хотя неплохо осведомлен. Он утверждает, что понятия не имеет об этом человеке, раньше его не видел.
— Ну, а девушка? О ней вы что-то знаете? — прорычал префект.
— Ее зовут Нефритовая Луна, работает на шелковом дворе Храма Бесконечной Нити. Квартальный староста подтвердил, что она уже много месяцев жила в комнате над лавкой. Больше я ничего не успел узнать, — торопливо сообщил начальник группы.
— Немедленно послать людей на шелковый двор! Чего же вы ждете? Чтобы у вас ногти отросли длиннее тигриных когтей? — взорвался главный инспектор.
