— Еще одна затея администрации, им бы только подати взимать! Говорят, таможенники получили приказ тщательно досматривать всех выезжающих, — проворчал крестьянин.
— То-то они рады поводу содрать за вывозимый товар больше обычного! Знаем мы эти «тщательные досмотры», — вмешался человек, стоявший впереди старика: в его словах звучало конфуцианское осуждение тех, кто пренебрегает законом.
— Деньги им понадобились! Но у меня не товар, а пожитки, я ведь просто возвращаюсь к себе домой! Если таможня объявит их товаром, я ничего не смогу доказать! — сокрушалась женщина, тяжело опиравшаяся на наполненную до краев тачку.
— Пойду разведаю, а ты стой! — Нефритовая Луна моментально растворилась в толпе.
Недовольный гул очереди постепенно стихал по мере приближения к воротам.
— Я слышала, как стражники переговаривались, что агенты Главной инспекции проводят тайную операцию. Они, дескать, разыскивают по всей столице каких-то беглецов! — почти беззвучно шепнул солдат-китаец, неслышно возникнув возле плеча даоса, когда очередь продвинулась настолько, что уже можно было разглядеть ревностных таможенных контролеров, за которыми со стороны присматривали следователи в знаменитых и внушающих ужас белых головных повязках службы префекта Ли.
— Нас узнают! Может, лучше вернемся? — запаниковал Луч Света.
— Нельзя! Если сейчас попытаемся выйти из очереди, сразу привлечем к себе внимание… Продвигайся вперед и предоставь все мне. Солдатская форма придает мне отваги! — бодро заявила Нефритовая Луна и снова куда-то испарилась.
Вдруг мнимый даос услышал, как его окликают стражники:
— Эй ты, тут один человек потерял сознание, у него судороги. Даосский священник вроде тебя наверняка имеет при себе какие-нибудь снадобья!
К Лучу Света подошел хмурый человек; на его белой повязке красовались иероглифы «Великий» и «Служба» — это был агент Главной инспекции.
— Проводите меня к нему, — ответил юноша, стараясь унять дрожь в голосе.
Несчастный скорчился на земле прямо перед будкой, где сидел чиновник, собирающий пошлину. Луч Света склонился над лежащим. Сердце кучанца бешено колотилось, он не знал, что следует предпринять. Но лежащий приоткрыл вдруг один глаз и торопливо прошептал:
— Умоляю тебя, сжалься! Скажи им, что я мертв, и меня бесплатно перевезут на ту сторону, а иначе отберут последние деньги!
— Ну что, ты сможешь ему помочь? — крикнул агент инспекции, который, к счастью, стоял не слишком близко.
— Увы! Этот человек мертв, он не дышит. Ему уже не поможешь!
— Разве у тебя нет при себе маленькой пилюли бессмертия? Что же ты за даос без нее? — ухмыльнулся агент, и окружающие громко рассмеялись в ответ его мрачной шутке. Луч Света замер от ужаса, понимая, что стоит «мертвецу» хотя бы моргнуть — и они оба мгновенно попадут в застенок.
— Иди на свое место в очередь! — махнул рукой агент и распорядился: — Первая же повозка вывезет тело за черту города!
Выслушав приказ, два таможенника с бритыми затылками поклонились и кинулись разворачивать к телу ближайшую телегу. Мнимый мертвец успешно покинул Чанъань, не уплатив даже самой мелкой монеты.
Наконец, подошел черед Луча Света предстать перед сухоньким чиновником, дохнувшим на него вонью гнилых зубов:
— Два бронзовых таэля!
— Даже с духовного лица? — растерянно переспросил юноша. Он сообразил, что у него нет при себе ни монетки.
— Входящие в город и выходящие из него вносят обязательную плату! Это императорский указ!
Чувствуя на себе взгляд агента тайной полиции, стоявшего чуть в отдалении, Луч Света ломал голову, как бы ему выкрутиться. Припомнил все, что знал о даосских монахах.
— Но у меня с собой ничего нет! Все собранные пожертвования я отнес в храм и иду теперь собирать новые! — такое объяснение казалось кучанцу подходящим.
— В таком случае тебе придется вернуться и попросить денег в храме. Бесплатный проход запрещен. С сегодняшнего дня, чтобы покинуть Чанъань, надо заплатить два бронзовых таэля, — невозмутимо повторил чиновник.
— Они снова повысили тарифы! Император Гао-цзун обходится нам все дороже, — пробасила матрона, стоявшая позади юноши. Смелая, должно быть, женщина.
Вдруг раздался другой, молодой голос:
— Пропустите даоса! Если ему нечем заплатить, я внесу за него деньги!
У солдата, который произнес это, были тоненькие усики, точно он отпустил их, надеясь придать хоть каплю солидности совсем юному лицу.
Вонючий таможенник, собиравший плату, наклонился вперед, чтобы выглянуть из будки и посмотреть, где находится агент Главной инспекции. Луч Света невольно отшатнулся от хлынувшего запаха.
— Шевели ногами! В следующий раз принесешь мне одну из ваших знаменитых пилюль, так и сочтемся! — махнул он рукой, разрешая кучанцу пройти в грозные Западные врата, и тот двинулся дальше на подгибающихся ногах: мимо стражников, потом по дороге, заполненной людьми и повозками. Только что выбравшиеся из города приводили здесь в порядок переворошенный таможенниками скарб, смешиваясь с ожидающими разрешения войти.
