— Выкрутишься как-нибудь! Не умея так ловко лавировать меж подводных скал, как бы ты возвысился до чина главного инспектора империи? Кроме того, разве не ты носишь знак Си-чжай? — довольно захихикал старик, радуясь собственной шутке.
Такой знак, изображавший белого рогатого льва, украшал торжественное облачение главного инспектора: мифическое животное обладало способностью вернее других существ судить, что хорошо и что плохо, — на это и намекал генерал.
Старик усмехнулся и процитировал древнее конфуцианское изречение:
— Пословица гласит: «Высокое дерево привлекает ветер, а высокий пост притягивает неприятности!»
Префект согласился с мудростью великого Конфуция, не забыв поздравить себя с тем, что, кажется, не напрасно затеял свой маневр: отказав в поддержке, покровитель не прошел его проверку.
— С ее стороны это всего лишь уловка, показное усердие! — продолжал поучать бывший премьер-министр Тай-цзуна. — У-хоу надеется развеять наши подозрения, а тем временем налаживает свой тайный промысел. Дурак Гао-цзун сам поручил ей вести расследование, что позволяет ей всегда быть осведомленной о ходе следствия и не делать лишних промахов. В итоге ты сам окажешься виновен в своей неудаче: нельзя же вести борьбу с подпольной торговлей, делясь своими планами с неприятелем!
Префект уже имел возможность убедиться, что с годами старый Чжан не растерял хватки. Отчего же теперь он выказывает такую негибкость и легкомыслие?
Вслух главный инспектор произнес:
— Вчера вечером один из моих людей сообщил о визите некоего подозрительного человека: тот заявил, что хотел бы получить обещанную награду, указав место, где, согласно его сведениям, прячутся парень и девица, сбежавшие из дома зарезанного шелкоторговца…
— Во имя Конфуция, что было дальше?
— По словам этого пройдохи, парень — настоящий преступник, принадлежащий к какой-то тайной шайке. Якобы он силой удерживает у себя молодую работницу — ту самую, что таинственным образом исчезла прямо из под носа моих людей. Он не назвал место, потому что боится, что его обманут и ничего не заплатят. Для начала его задержали и хорошенько избили, чтобы не смел шантажировать инспекцию! Пускай-ка подумает, сидя в темнице…
— Выдай этому типу половину суммы вознаграждения, а вторую пообещай заплатить, когда дело подтвердится! Проще некуда! — беспечно отмахнулся генерал.
— Пока что я распорядился усилить проверку у ворот за всеми, кто покидает столицу, и дал своим людям приметы парочки. Полагаю, из города они не выйдут, но и долго скрываться им тоже не удастся — не обойтись же без пропитания! Значит, рано или поздно они выдадут себя.
— Пустые рассуждения! — презрительно бросил генерал. — Не следует усложнять.
— Доносчик кажется мне подозрительным. Поверьте, генерал, это проходимец. Мы не можем быть уверены, что по его слову возьмем тех, кто нам нужен. Нужно, чтобы он сам начал действовать, вот тогда мы потянем за ниточку!
Слушавший рассеянно, генерал Чжан лишь сердито фыркнул в ответ.
— Должен ли я сообщить У-хоу о доносчике, генерал?
— Чушь! Подумай — если сведения окажутся ложными, ты не только себя, но и всю Главную инспекцию поставишь в нелепое положение! — воскликнул генерал Чжан, отвлекаясь на мгновение от чашечки с вареньем из апельсиновых корок, заправленных имбирным сиропом. — А вот ежели донос подтвердится, его можно предать огласке… Когда преступники уже будут в твоих руках. Как говорит Конфуций, даже маленький камушек может разбить большой кувшин!
Префект Ли про себя отметил, что два совета покровителя, по сути, противоречат друг другу. Но мудро не стал возражать.
Усаживаясь в паланкин, чтобы двинуться в сторону дворца, Инспектор продолжал прокручивать в памяти беседу. Ему никак не хотелось стать разменной фигурой в игре старого лиса. Может статься, у того отросло девять хвостов и есть в запасе девять жизней, тогда как он сам имеет лишь одну-единственную. И та висит на волоске! Однако и низкого же о нем мнения старик и дешево же готовится продать! Префект еще раз все обдумал и принял решение.
Императрица выглядела особенно прекрасной — ее голову венчала золотая тиара из переплетенных фигурок сказочных птиц с глазами из бирюзы. Рядом с У-хоу, как всегда зловещий, высился неизменный спутник и телохранитель.
Соблюдая правила этикета, предписанного чиновникам высшего ранга в присутствии царственных особ, главный инспектор опустился на колени и склонил голову. Когда же он ее поднял и взглянул на императрицу, то вновь не мог не восхититься совершенством ее тела, едва прикрытого легким одеянием. Он позволил своему восхищению чуть заметным язычком пламени вырваться наружу и заметил, что собеседница слегка порозовела от удовольствия.
Тем не менее начала она очень даже сурово:
— Полагаю, префект Ли догадывается о предмете нашего разговора?
— Ваше величество, возможно, мне удалось выйти на след тайной группы незаконных торговцев! — Префект решил сразу проверить, каково будет действие этой новости, но тон выбрал недостаточно уверенный, чтобы внести сумятицу в мысли У-хоу.
