А между тем Пыльная Мгла, тоже начинавший осознавать, о каких пропавших залогах идет речь, затаив дыхание, вслушивался в разговор. Его поразила скорбь почтенного слепого старца. Признания Рамае сГампо раскрывали тайну маленького сандалового сердечка, которое стало для него символом надежды. В своих мечтах, временно вытесненных из сознания ревностью, Пыльная Мгла видел, как шкатулка поможет ему завоевать любовь прекрасной несторианки, но слова старого ламы показали ему другое, более важное значение сандалового сердечка. По сравнению с этим его собственные обиды показались незначительными — ведь речь шла о судьбах мира, никак не меньше!
— Еще не все потеряно, о достопочтенный! Два бесценных сокровища, служившие залогом мира, находятся сейчас у меня! — торжественно объявил в наступившей тишине мальчик, поднял с пола свой дорожный мешок и извлек на свет шкатулку. — Я… нашел ее в книгохранилище, разгромленном тюрками в Дуньхуане!
Гордо выпрямившись, он покосился на Умару — та громко ахнула. Как он и ожидал, ее прекрасное лицо озарилось улыбкой, когда Пыльная Мгла театральным жестом открыл драгоценный футляр и выложил его содержимое на низкий столик перед Рамае сГампо.
Это были два сокровища, которые должны были служить условием исполнения церемонии совета в Лхасе: небольшой черный платок, расшитый и расписанный тонким рисунком, — та самая знаменитая мандала, совсем небольшая по размеру, а также два огромных сверкающих алмаза. Камни чистой воды казались неслыханными по величине! Легко верилось, что они явились с Небес как подарок богов, ведь земная вещь не могла быть столь прекрасной!
Руки настоятеля, обтянутые старческой пергаментной кожей, с выступающими венами, коснулись стола и медленно ощупали реликвии. Затем Рамае сГампо поднес мандалу и камни к лицу, словно мог рассмотреть их.
— Нет сомнений, это и есть утраченные сокровища! — промолвил он. — Если соединить их с сутрой Безупречной Пустоты, забрать которую он послал тебя в наш монастырь, у нас будет все, что необходимо для совершения обряда в Лхасе!
— Эти камни называют Глазами Будды! — пояснил лама сТод Джинго, взволнованно вытягивая шею, чтобы получше рассмотреть сокровище. — Они происходят из реликвария царя Канишки в Пешаваре. Как и священная мандала с мантрой Ваджраяны, которой обязан своим существованием монастырь Самье, это самое большое буддийское сокровище! Учитель Рамае сГампо отчаялся отыскать их!
— Глаза Будды? — переспросила озадаченная Умара.
— В одном из бесчисленных перерождений Блаженный Будда подарил свои глаза несчастному слепому. Эти алмазы представляют собой его глаза. Легенда сообщает, что индийский царь Канишка приказал огранить эти камни-близнецы, и их вставили в глазницы огромной бронзовой статуи Блаженного, а позже перенесли в специальный реликварий, названный в честь Будды. Дело в том, что бронзовая статуя была расплавлена на оружие, когда в Пешавар вторглись гунны-эфталиты. Реликварий — это золотой ларец в особом футляре, он установлен в особой ступе высоко над монастырем в Пешаваре. Постепенно эти камни стали самой прославленной реликвией Северной Индии! Миллионы верующих надеются однажды увидеть золотой ларец во время Большого паломничества. Для них это означает предстать непосредственно перед взором Блаженного! — говорил Рамае сГампо, голос его звучал глубоко и проникновенно, а лицо озарилось светлой улыбкой.
— Глаза Будды! Теперь я лучше понимаю, почему ма-ни-па так часто упоминал их! — радостно воскликнул Пять Защит.
— Ничего удивительного: в Тибете наставляющий всех нас поступок Блаженного изображен на многочисленных нахтан — священных картинах, — пояснил лама сТод Джинго.
— Но если алмазы оказались здесь, что же тогда увидят верующие в Пешаваре во время Большого паломничества? — нахмурился Пять Защит.
— Хороший вопрос! Полагаю, можно было бы узнать только у самого Буддхабадры, как он справился с этой задачей, — усмехнулся слепой настоятель.
— А мандала с мантрой Ваджраяны? Эта реликвия имеет такую же ценность, как Глаза Будды? — поинтересовался Пять Защит.
— Для Самье и для всего Тибета это главная святыня! — ответил Рамае сГампо, еще раз прижимая к лицу шелковую мандалу. — Мантра «Алмазной Колесницы», то есть Ваджраяны, описывает Бесконечную Высшую Реальность — Ваджрасаттву… А Безумное Облако чуть не погубил все дело! Я не должен был этого допустить…
Подавшись вперед, Пять Защит внимательно посмотрел на геометрический рисунок на куске шелка, его поразила тонкость рисунка и богатство цветов мандалы.
— Поразительно, как такое удалось нарисовать! — восхищенно воскликнул он.
— Подобную работу выполняют вместо кисти ресницей слона, что позволяет изобразить исключительно тонкие линии и мелкие детали, — объяснил сТод Джинго. — Дважды в год в Самье монахи воспроизводят эту картину в большом масштабе. С огромным терпением, кропотливо и усердно они строят линии из цветного песка, занимая постепенно весь центральный двор обители.
