— Мы лишились червей, и, боюсь, понадобится не менее десяти месяцев, чтобы получить новую нить. Столько времени уйдет, чтобы убедиться: отложенные на хранение яйца еще здоровы, о чем невозможно судить до момента их раскрытия, которое можно вызвать небольшим нагреванием с помощью водяного пара, — печально признал Море Покоя.
— Совершенный Учитель… только этим утром я понял, что яйца тоже мертвы!
— О чем ты говоришь? — Совершенный ощутил, как земля уходит у него из-под ног.
— Личинки сделались твердыми, как абрикосовые косточки, черви больше не шевелятся, а яйца напоминают зерна черного песка, хотя обычно имеют желто-серый оттенок, сколько бы их ни хранили… — упавшим голосом сообщил слушатель.
— Епископ Аддай Аггей рассчитывал на крупный доход в конце года! Нынешних запасов нити у нас на складе хватит максимум на три месяца… Этого недостаточно для наших планов! — Дьякон явно уже обдумывал, с каким лицом он будет сообщать плохие новости епископу.
— «Ваших планов»? Как я погляжу, Аддай Аггей не теряет времени даром! Планы у вас размером с эту пустыню и никак не меньше! — внезапно вспылил Море Покоя, осознав, что крушение его собственных планов вроде как не берется в расчет. — И что же на этот раз?! Впрочем, приношу извинения, я был несдержан…
— Ну, мы хотели построить церковь у Нефритовых врат… — смущенно ответил гость.
Чжао-гуан, Нефритовые врата, находились к востоку от Дуньхуана, на дороге в Чанъань, и считались официальным «проходом» в Китайскую империю. Идеально расположенный в Великой стене, проход этот служил местом встречи людей, идей, учений, шелка, стекла, драгоценных ковров, специй… Со времен династии Хань он был укрепленным постом на границе Срединной империи. Ныне — настоящий город в окружении зубчатых стен и высоких сторожевых башен, переполненный людьми, животными, занятый бойкой торговлей, — и ничто не ускользало от острого глаза стражников, днем и ночью стоявших на посту.
Крепость блокировала проход, образованный ущельем Ганьсу, которое в этом месте резко сужалось. В городе разместился многочисленный отряд таможенников, кому вменялось проверять чужеземные караваны, присматривать за местными рынками и взимать налоги.
По вполне очевидным причинам втайне провозившие шелк Море Покоя и Аддай Аггей старались обойти Нефритовые врата стороной. Для этого требовалось задолго до появления крепости в поле видимости отвернуть к северу и продвигаться вдоль черных отрогов гор Мачжон — Лошадиной Гривы, там и сям сверкавших сероватыми шиферными пластами. В сезон дождей эта тропа становилась такой скользкой, что пользоваться ею было по-настоящему опасно.
Помимо желания понемногу приблизить несторианскую церковь к китайской столице Аддай Аггей надеялся на беспрепятственный доступ несторианских караванов к храму, ведь тогда контрабандный шелк можно будет доставлять прямо в город и в рискованных путешествиях через хребет Лошадиной Гривы отпадет надобность. Пока же караван был вынужден, свернув, два дня брести по проложенной стадами каменистой тропе, пока не достигал другого прохода в Великой стене — не такого узкого, как у Нефритовых врат. Здесь протянулась невысокая, в рост человека, стена из сырцового кирпича, покрытая искусственной сетью линий и стыков между «блоками», которые создавали иллюзию прочной каменной кладки. С обеих сторон от стены, служившей скорее символической, чем реальной, преградой на пути, особенно в столь безлюдном районе, спокойно проходили стада овец и коз. Пастухи же то и дело взбирались на эти горы или спускались по отвесным склонам, запросто входя на территорию империи и покидая ее, отлично зная, что так поступают не они одни. Многочисленные разбойники, ради наживы готовые бросить вызов рыскавшим в горах демонам, были готовы напасть на тайные караваны, пробиравшиеся в обход официальных застав. К тому же, миновав поддельную стену, контрабандисты еще не менее трех дней с опаской пробирались вглубь страны, избегая встреч с китайскими патрулями…
— Прямо у Нефритовых врат… — задумчиво повторил Море Покоя. — Аддай Аггей неплохо придумал.
— Ясно же, что наша затея выгодна и вам. И вдруг такая катастрофа! Если не развернуть строительство сейчас, пока некие высшие чины к нам благорасположены… небезвозмездно… У этих людей жадные глаза и короткая память! Не поспешим сегодня — еще неизвестно, удастся ли получить разрешение завтра. Надо нынче же начинать! А на какие средства? — горевал дьякон.
— Единственное решение — начать сначала! — мрачно заявил Совершенный. — Передай Аддаю Аггею: я клянусь именем самого пророка Мани, что совершу даже невозможное, дабы исправить дело! Пусть будет уверен, я не стану сидеть сложа руки, — твердо произнес Море Покоя и вдруг спохватился:
— Чуть не забыл! Я приготовил твоему епископу особое вино для причастия. — Он указал на деревянный бочонок под накрытой полотном крышкой. — Луч Света, помоги дьякону, он довольно тяжел.
Через некоторое время молодой слушатель вернулся в кабинет Совершенного Учителя, который нервно прохаживался туда-сюда, покусывая гусиное перо, которым делал записи.
