Вербальные усилия королевской стражи не остались незамеченными и в следующий миг, на крик примчался запыхавшийся камердинер. Всё ещё сжимая свой массивный фолиант, он сурово посмотрел на принцессу.
– Вы теперь всё расскажете папе, да?! – поникнув головой, произнесла девочка, удручённая не столько возможным наказанием, а фактом того, что её путешествие закончилось так быстро.
Переведя дух, Фабиан вновь выпрямился, как полагается истинному аристократу, после чего отрицательно покачал головой.
– А разве Её Высочество здесь?! – улыбнувшись, произнёс камердинер, – Господин королевский стражник, вы видите здесь Её Высочество?!
– Господин камердинер, опять вы пристаёте со своими видениями! – грозно прорычал один из рыцарей, – С чего бы, самой принцессе срединного королевства, быть здесь, да ещё и в полдень. Глупости такие говорите … Эх, гражданский вы человек.
Подмигнув принцессе, рыцари повернулись, после чего синхронно удалились, в унисон, лязгая доспехами.
– Вот и я думаю. С чего бы … – продолжил мысль стражника Фабиан, провожая того недобрым взглядом, – Её Высочество сейчас у себя в спальне, готовится к завтраку … Вернее очень опаздывает на завтрак, – камердинер сделал особый акцент на последнем глаголе, – Поэтому ей надлежит поспешить, иначе …
Тарра не успел закончить свою мысль, девочка вновь юркнула мимо него, только в этот раз она бежала в сторону собственной спальни, а не от неё как прежде. Рискуя непреднамеренно заблудиться, Эми периодически замедлялась. Позволив своему камердинеру нагнать её, принцесса старательно восстанавливала обратный маршрут в своей памяти, изредка ориентируясь на подсказки мужчины в голубом сюртуке.
Тем не менее, беглянка довольно быстро вернулась в свою спальню, где её появления ожидали две девушки из числа королевской прислуги.
Закончив с утренними процедурами, Эми, впервые за сегодняшнее утро подошла к зеркалу.
В этот момент, Эми впервые увидела образ той, чьими глазами встречала сегодняшний рассвет. Из отражения смотрела та самая королева с усыпанного драгоценностями трона, что руководила осадой острова, что хладнокровно смеялась при виде смерти, та самая, что причинила столько горя и боли ни в чём не повинным существам.
Однако всё же было одно отличие, которое буквально в корне меняло ситуацию.
Монстр в человеческом обличии, совершавший все эти ужасные вещи, смотрел на Эми чёрными, полными мрака и злобы, бельмами, разделёнными пополам кроваво-красными полосками змеиных зрачков.
