Оказалась коварная темнота таила ужасающие сюрпризы. В этот самый момент к импровизированной бухте «Эверелла» плотными вереницами стягивались полчища гигантских насекомых. Жуткий треск тысяч жвал усиливался с каждым мгновением и вскоре слился в единую какофонию мерзких звуков.
Кто-то явно подстроил это. Сбив охранительные тотемы и перерезав путы незримого ограждения, некто сознательно оставил бухту без защиты. Вскоре стало понятно, кто стоял за этим хладнокровным действием.
В следующее мгновение, что-то больно кольнуло Мыша в шею, заставив его рефлекторно хлопнуть по ней рукой. Когтистая ладонь ещё сильнее вбила маленький дротик, причинив своему владельцу большую боль. Вздрогнув от неожиданности, Бритс резко отдёрнул руку в сторону, после чего попытался аккуратно нащупать неизвестный предмет.
Подожжённые огненным штормом мантодеи хаотично метались по побережью, истошно хрипя и клацая жвалами. Однако в этот самый момент рядом находились куда более хитрые и тем самым более опасные существа.
Ещё один укол. На этот раз маленький дротик прилетел в руку Мыша. Обернувшись в сторону, откуда прилетел снаряд, Данкен увидел четыре крупных волчьих силуэта выходящих из тени. Самый крупный из них, чёрный Волк сжимал в своей руке длинное духовое ружьё.
– Воллфы!!! – прохрипел Данкен, в ужасе раскрыв глаза.
Ноги Мыша предательски подкосились, и худощавое тело Данкена рухнуло под тяжестью собственного веса. Несмотря на то, что мягкий песок хорошо самортизировали падение, в этот момент отец мышиного семейства испытал самую сильную боль, боль душевную.
«Не все пираты воллфы, но все воллфы пираты».
Сгорая в пламени, хитиновые монстры всё ещё метались по, окружённому скалами, побережью, заливая бухту ярким светом. Потеряв всякий интерес к своим добычам, мантодеи искали способ спастись и вскоре нашли его. В едином порыве ринувшись в крупный лаз, они ожидаемо застряли в нём.
Тем временем с противоположной стороны из тени вышли четыре воллфа. Высокие существа с волчьей внешностью, являлись одной из самых малочисленных рас, населявших Гелиолу. С мощных шей двуногих волков свисали кустарные ожерелья. Причудливые украшения состояли из наколотых на верёвку костей и сушёных плодов местных деревьев, которые не позволяли останкам звонко соприкасаться друг с другом.
Волчий отряд уверенно приближался к своей первой цели в лице распластавшегося на холодном песке отравленного отца мышиного семейства.
– Базз, Хромос, добейте хитиновых тварей, надоели трещать! – прорычал самый крупный из всех чёрный воллф.
Две пары изрядно поношенных пиратских сапог в ту же секунду протопали мимо, едва не споткнувшись о Мыша. Спустя пару секунд следом подошла очередная пара сапог, только более качественных, явно сшитых на заказ для какого-то очень влиятельного или богатого, а может и то и другое сразу.
– Лоррго! – самодовольно произнёс тот же рычащий голос.
Жёстко схватив Данкена за плечо, владелец голоса грубо перевернул его на спину. В следующее мгновение, Бритс смог разглядеть покрытую густой чёрной шерстью волчью физиономию, что нависла над ним. Застарелый сабельный шрам разделял по диагонали два жёлтых глаза, что в хищном прищуре сверлили Мыша недобрым взглядом.
– Вар… лаа… ррр?! – воскликнул Бритс обессиленным голосом.
Сердце отца мышиного семейства сковал жуткий страх за своих малышей. В паре дюймов от него находилась физиономия, что когда-то смотрела с каждого столба Долтона, сразу под надписью: «РАЗЫСКИВАЕТСЯ ЗА ВОЗНАГРАЖДЕНИЕ». Пиратство, убийство, мародёрство, работорговля, чего только не инкриминировали Варлару в Долтоне, окрестив его звучным титулом: «Безжалостный».
Из последних сил пытаясь оставаться в сознании, Бритс боролся с двойной порцией яда, стремительно распространявшегося по его телу. Всячески уговаривая себя не засыпать, Данкен боролся как мог, но вскоре силы оставили его. На последнем издохе, Бритс, что есть мочи, закричал, но лишь еле различимый хрип вырвался из его приоткрытого рта, забрав с собой последние силы. Свет окончательно померк в открытых глазах Мыша, унеся его в безмятежное пространство сумрачного покоя.
Тем временем в маленькой пещерке, прятались маленькие мышки. Фолдс обнял сестру, полностью закрыв её своим телом. В обычной ситуации, найти малышей было бы практический невозможно, но недавний штурм лаза мантодеями, оставил вокруг него сотни свежих рытвин.
Три глухих хруста эхом прокатилось по бухте, после чего безудержный треск и щёлканье жвал прекратилось. Двое воллфов, Базз и Хромос возвращались к центру бухты, оставив за своей спиной безжизненные тела хитиновых монстров. Истекая зеленоватой вязкой кровью, насекомые продолжали полыхать в магическом пламени, словно гигантские упокоенные факелы.
– Всё, больше трескать не будут! – самодовольно выкрикнул Хромос, горделиво стукнув себя в серую грудь.
Сжимая в руке древко длинного копья, воллф с серой шерстью несколько раз провернул его в руке, разбрызгав вокруг капли зелёной крови, стекающей с острия.
– Трещать! – язвительно подметил Базз.
