Несколько человек стояли вокруг наспех собранного ритуального алтаря, на котором расположилась уже знакомая девочка. Малышка лежала неподвижно, и было очевидно, что её разум находился очень далеко от тела. Если бы Эми только знала, насколько она оказалась права в тот момент.
Несколько человек, что-то монотонно бубнили себе под нос, согласованно разводя руками и периодически сверяясь с небольшими книжками, лежащими перед ними. Облачённые в фиолетовые балахоны с вышитым изображением паука на спинах, незнакомцы не вселяли доверия.
Ощетинившись, зверёк изо всех сил издал протяжный рык, после чего упёрся лапками в пол, словно охотник, готовящийся к рывку. По шерсти малыша прокатилось несколько разрядов электрического тока, озаривших голубоватыми вспышками наполненное мраком помещение. В этот момент пушистый малыш выглядел весьма опасным зверем, собрав на себе внимание всех присутствующих. ВСЕХ присутствующих.
За спиной зверька возник кто-то с очень знакомым голосом. В какой-то миг, малыш испытал нотку облегчения, которую он с радостью пустил в свою душу. Находясь в этом страшном тёмном помещении, где незнакомцы делали что-то противоестественное с его лучшим другом, зверёк был рад любой помощи. Но была ли это помощь во благо …
– Рэтти? Рэтти?! Рэтти … парси-бамси … Капулиций так рад тебя видеть!!!– говоря о себе в третьем лице, подхалимским тоном выпалил некто из-за спины зверька, – Где же ты пропадал? Капулиций искал тебя!!!
Едва последние слова сорвались с губ возникшего из-за спины владельца знакомого голоса, зверёк обернулся, смерив того удивлённым взглядом. Перед ним стоял очень высокий мужчина, облачённый в сотканный из разноцветных лоскутов костюм придворного шута. Густые волосы тёмно-рыжего оттенка, полностью скрывали его уши, а зелёные, как два изумруда, глаза прятались под сенью непокорных прядей, свисающих со лба.
Несмотря на свой потешный вид, нельзя было сказать, что он являлся представителем бедного сословия, к которому принадлежали все шуты. Искусно пошитое облачение выглядело дорого и даже изящно, а материал многочисленных лоскутов мог позволить себе только очень зажиточный дворянин.
