С присущим лишь ей кошачьим азартом, леди Валир внимательно вглядывалась в мирно личико Ингриди, что, казалось, спала сном детским и наивным. Даже не подозревая, какие душевные терзания переживает малышка, Райма ненароком обратила внимание на до боли знакомый осколок кристалла, что девочка крепко сжимала в своём кулачке.
Машинально приложив руку к груди, принцесса нащупала свой собственный осколок, что прятался под искусно пошитым дорожным одеянием. Бросив короткий взгляда на обмякшее тельце сизого зверька, Райма решила отложить все вопросы на потом.
Положив малыша на поверхность расписного стола, принцесса Ардиса вынула из-под ворота своего дорожного плаща, свой амулет. Крепко сжав магический артефакт, леди Валир приложила руку к спинке распластавшегося сизого зверька и в ту же секунду каюта занялась ослепительно ярким белым светом.
– Во власти силы твоей душа этого существа! – прошептала Райма, крепко сжимая кулон на цепочке, – Защити его!
В следующее мгновение осколок «кристалла» в руке принцессы залился красным свечением, после чего сжатый кулак загорелся алым пламенем. Ещё миг и всё тело Раймы занялось алым огнём. Не прошло и полминуты, как кровавое пламя с силой взорвалось, разразившись мощной ударной волной.
На удивление, огненный шторм не поджигал предметы деревянной утвари, и даже писчая бумага просто разлеталась по воле магического ветра. В следующий миг буквально из ниоткуда вокруг принцессы материализовались крохотные алые смерчи, что неистово кружили всё вокруг, потворствуя хаосу вокруг и разводя ещё больший беспорядок в каюте.
– Живи!!! – прошептала Райма, и голос её тотчас прогремел на всю каюту.
В тот же миг пространство вокруг замерло, а взмывшие под потолок предметы принялись опадать один за другим. Алые смерчи стихли, а пламя погасло, вернув принцессе Ардиса прежний облик. На первый взгляд могло показаться, что ничего не произошло, но в следующий миг безжизненное тельце магического зверька содрогнулось от своего первого вздоха.
Тяжело дыша, Райма едва держалась на ногах. С трудом открыв глаза, принцесса Ардиса с надеждой посмотрела на крохотного зверька, чья мордашка вновь обрела утерянную мимику. Добродушно улыбнувшись, леди Валир нежно погладила малыша по загривку, как вдруг нечто с силой ударило о борт «Центурия» отчего тот ощутимо покачнулся.
В предсмертной агонии, боевой линейник совершил последний залп по опальному «Центурию». Выверенные ядра яростно раскрошили обшивку, пробив килевой остог корабля, отчего тот угрожающе накренился к месту слома. Словно увесистый лентяй, «Центурий» вальяжно заваливался на бок, готовясь отойти к своему вечному сну в объятиях океана.
«БАХ» «БАХ» «БАХ» «БАХ»
Вышедшая на фарватер группа корветов, не мешкая отправила роковую связку пламенных снарядов в противника. Последняя канонада выверенных выстрелов разорвала пространство, и злосчастный рок боевого линейника настиг его. Судьба боевого судна оказалась предрешена, но, как известно: там, где заканчивается одна история, начинается другая.
Первые лучи раннего утреннего солнца робко пробирались сквозь занавешенные тяжёлыми шторами арками окон просторной кормовой каюты «Небесной трели». Украдкой пробираясь сквозь пронизанную пылью мрачную обитель, ловкие проныры озорными бликами отражались от лакированной поверхности корабельной утвари.
Расположившись на большой, прибитой к полу массивными гвоздями кровати, маленькая Ди безмятежно сопела носиком. В пустынном мире царства грёз, малышка даже не догадывалась о том, что усилиями комендора Гартона уже успела покинуть, безвременно покинувший сей мир, флагман ардийского флота.
Принцесса Райма сидела рядом. Расположившись на потрёпанном жизнью стуле, леди Валир сложила крохотное одеяло в несколько сгибов. Заняв большую часть лакированного стола командира судна, Райма соорудила для раненного магического зверя небольшую лежанку, на которой тот и разместился.
Тяжело дыша, малышу едва ли хватало сил, чтобы открывать глазки, однако о том, чтобы подняться на свои четыре даже речи быть не могло. Тяжело поскуливая, рысёнок то и дело пытался пропустить по шёрстке волну из грозовых разрядов, но в ответ на его волю лишь две серебристые отметины из пяти еле заметно мерцали, после чего тут же стихали.
Поглаживая малыша по голове, принцесса Ардиса заботливо успокаивала рысёнка, нашёптывая ему умиротворённые наставления, а порой даже напевая один из совершенно незнакомых Ларсу мелодичных мотивов. В какой-то момент магический зверь принял свою судьбу. Перестав сопротивляться, рысёнок безвольно распластался на своём лежаке.
Тем временем экипажи боевых кораблей, как никогда настороженно бдели за сумрачным горизонтом из-за которого, лениво потягиваясь, выползало алое рассветное солнце. Сотни пристальных взглядов внимательно озирались по сторонам, то и дело, прищуриваясь, а порой с тревогой прикладываясь к подзорным трубам.
