– Сегодня утром… Но, не буду вдаваться в подробности.
– И что ты ответила?
– Ничего, – Таня отвела взгляд, чуть отвернувшись от меня. – Я же говорю, не могу до конца простить его… Может, потом… когда всё это пройдёт…
Я всё пытаюсь их помирить. Интуиция говорит, что это правильно. Но, как же сложно! Оба они слишком упрямы. Только Дима переступил через свою гордость. А Таня? Сможет она переступить через обиду?..
– Ладно, – я протянула руку в требовательном жесте. – Давай его медальон. Будет нашим… хи-хи …«танком». Постараюсь сделать всё, как надо.
Таня превосходно скрыла свою радость. Только я слишком давно её знала, и весёлые огоньки в её глазах от меня не спрятались.
С медальонами я провозилась очень долго. Я думала, стоит мне сделать один, как я пойму принцип. Всё пойдёт, как по маслу. Нет, ошиблась. Индивидуальный подход нужен, оказывается, не только к колдунам, но и к их артефактам.
Под конец дня я была вымотана и выжата разом. Но передо мной на комоде лежали четыре зачарованных медальона. Были бы силы, возгордилась.
– Ничего себе!
Я и не слышала, как вошла Мира. Она, не стесняясь, схватила свой оберег и покрутила перед носом. Зачем-то принюхалась к артефакту и только потом повесила на шею. Тут же медальон замерцал синеватым цветом. Колдунья накрыла его рукой. Мерцание прекратилось.
– Роксана, – серьёзно и, как всегда, резко произнесла Мира, – с твоими талантами ты могла бы стать великолепной ведьмой! Но мне не жаль, что ты ангел!
– Я не ангел, я – бессмертная, – уже устала повторять одну и ту же фразу.
– Вот ей и оставайся, – заявила колдунья и, забрав оберег Грегора, быстро удалилась.
Потом появилась Таня. С детским восторгом она надела медальон.
– Ксана, ты – волшебница! А почему он мерцает?
– Ему нужно подтверждение, что ты – та, кого он должен охранять. Просто накрой рукой, – пояснила я, откидываясь в кресле. Глаза слипались.
– Ясно. – Подруга последовала моему совету, затем обняла меня. – О! Да ты совсем спишь! Не спать, Ксана! Не спать! Тебе ещё что-нибудь для Криспа надо придумать!
– У-у, – я протестующе наморщила лоб. Об этом я совсем забыла. Нет, завтра об этом подумаю. Сегодня уже нет никаких сил!
– Ладно-ладно! – Таня рывком выдернула меня из такого мягкого, уютного кресла. – Не спи тут. Спина разболится!
– Да, мамуля! – съязвила я, но спорить не стала.
Не успела я распрощаться с Таней, как дверь снова открылась. Без стука, без вопросов в моей комнате появился Дмитрий.
– О! – Я скрестила руки на груди. – Мои апартаменты популярнее, чем Ниагарский водопад и пирамиды в Гизе. Твой медальон на комоде. Можешь забирать.
Он, молча, прошёл мимо меня, взял оберег. Я думала, он также, молча, и выйдет. Но колдун обратился ко мне задумчивым тоном.
– Не знал, что ангелы так умеют, – видя мою удрученную гримасу, Димка тут же оскалился, – знаю-знаю. Ты – не ангел, а бессмертная. Без разницы.
Потерев начавший пульсировать от переутомления тупой болью висок, я опустила голову.
– Если это твоя благодарность, я её принимаю.
– Роксана, – интересно, он постоянно будет кривиться, произнося моё имя полностью? – Мы кое-что упускаем.
– Мы? – я удивлённо уставилась на него. Неужели он признал-таки себя в одной упряжке с нами?
– Мы, – кивнул ученик Клода. – Тут что-то не клеится. Почему Боргезов до сих пор вас не разделал под орех? Везеньем можно оправдаться один раз. И этот раз был у братьев Фрост.
– Думаешь, – тут же посерьёзнела я, – он действует не в полную силу?
– Уверен.
– На основании чего?
– Сама подумай, если можешь, конечно, – я не обратила внимания на такую заезженную провокацию, – сила Марка где-то на уровне между земным и небесным ангелом. Но тебя он решил убить моими руками. Круг подмять под себя обманом, а Клода он привлёк на свою сторону не иначе, как хитростью.
– Я и без тебя знаю, что Марк играет с нами.
– Знаешь, – не стал спорить колдун. – Но не понимаешь. – Он подошёл и постучал пальцем по моему лбу. – Разница ясна?
– Дима, я не дура.
– А ведёшь себя именно так. Ты очень беспечна. Даже меня послушала, но не услышала.
Я непонимающе посмотрела на него. Каменное чуть бледное лицо, отросшие растрёпанные светлые волосы и потемневшие зелёно-карие глаза. Да, я что-то упустила в его речи. Теперь я это поняла. Только что? Он говорил о Боргезове… Нет, не только. Дима размышлял о его силе… Точно.
Я прошептала одними губами:
– Сильнее земного ангела, но слабее небесного.
– Хм, – покивал колдун, – ты не совсем потеряна.
– Тогда почему небесные не вмешаются?
– Вот и я задавал себе точно такой же вопрос, – довольно прищурился Дмитрий. – Только ни одного небесного ангела у меня под рукой не оказалось.
С такими словами колдун развернулся на пятках и вышел из комнаты. Уже потом я услышала его слова:
– Спасибо за оберег! Прекрасная работа!
